Ссылки для упрощенного доступа

18 Октябрь 2019, Бишкекское время 12:23

Директор Госархива РФ Сергей Мироненко назвал подвиг 28 панфиловцев мифом


Конгресс. Москва.

Директор Государственного архива России Сергей Мироненко заявил, что не было никаких 28 панфиловцев, призвав не цепляться за мифы.

Такое заявление глава Государственного архива России Сергей Мироненко сделал на Всемирном конгрессе русской прессы в Москве, который проходил 11 июня.

Сергей Мироненко произнес речь примерно следующего содержания. Хватит цепляться за мифы. Не было никаких 28 панфиловцев, которые в бою под Дубосековом якобы остановили 50 немецких танков. И фразы «Велика Россия, а отступать некуда – позади Москва!», якобы сказанной политруком Клочковым, – тоже не было. Фразу придумал литературный секретарь газеты «Красная Звезда» Александр Кривицкий вместе со всей историей подвига. И все это военная прокуратура установила еще в 1948 году. Но материалы засекретили, потому что отступать действительно было уже некуда: миф давно жил своей жизнью.

Потом Мироненко говорил о Сталине. «Жизнь в советское время не стоила ничего. Нужно сказать всю правду о его ответственности. Пакт Риббентропа – Молотова правильнее назвать пактом Гитлера – Сталина. Этот пакт – крупнейший стратегический просчет Сталина, если не сказать – преступление». Мироненко рассказывает, как в первые дни войны Сталин сбежал, спрятался от всего живого. А в День Победы произнес тост за русский народ, в котором сказал, что другой народ после таких страшных военных неудач прогнал бы свое правительство, но русский народ вот верил ему и остался с ним, за что ему огромное спасибо.

Когда Мироненко закончил, Александр Клейн, заместитель директора ТАСС и руководитель Всемирного конгресса русской прессы, задумчиво говорит: «Да... А я ведь учился в школе имени героев-панфиловцев. У нас и музей был. Но даже тогда мы понимали, что во всем этом есть какая-то недосказанность. Там путались с именами людей: те, которых считали мертвыми, вдруг оказывались живы, они каждый день приезжали, а тот, который числился живым, – все никак не ехал...».

Совершенно очевидно, что никакой сенсации в том, что сказал Мироненко, для Клейна нет. Доклад военной прокуратуры опубликовали еще в середине 1990-х годов. Но рядом сидят главные редакторы русских газет, которые слышат об этом впервые!

– Я из Астаны, из Казахстана, – растерянно говорит первый оратор. – У нас есть очевидец этого подвига, Герой Советского Союза. Есть стела «Дубосеково» – она будет снесена?!

– Мой нравственный долг – сказать правду, – отвечает Мироненко. – Мне уже объявляли, что я не патриот, потому что рассказываю об этих исследованиях. Что делать! Правду говорить тяжело.

Но эти его слова только раззадорили публику. Микрофон захватывает дама, представляющаяся «Комсомольской правдой в Канаде», и принимается бросать в лицо ученому гневные упреки:

– Вы собрали весь негатив!! У меня ощущение, что я выслушала канадского политика!! Вы сами сказали, что вы не патриот! Вы сказали о панфиловцах и не сказали, сколько подвигов не было освещено! (он, кстати, об этом говорил, она просто прослушала. – Е.Р.)

– Опровергните, – пожимает плечами Мироненко. – Хотя бы один факт. Опровергните.

Но какое там! Она не умеет фактами. Она умеет надрывом.

– У нас в Канаде живут тысячи людей из фашистской дивизии «Галичина»! Вы будете у них «на ура»! – победоносно заканчивает свою прокурорскую речь «Комсомольская правда в Канаде», которая очевидно не читает «Комсомольскую правду в Москве», со страниц которой Сергей Мироненко еще четыре года назад говорил то же, что и сейчас.

Нервный канадский выкрик срывает аплодисменты. Очевидно, что у дамы здесь есть союзники. Флаг подхватывает журналистка из Латвии (другая журналистка, не та, которая спросила про санкции. Эта представляется главным редактором рижского журнала «Бизнес-класс»):

– Осознаете ли вы свою нравственную ответственность за то, что, открывая правду о Дубосеках, вы ставите под вопрос отношения между Россией и Казахстаном, которые этот подвиг чтят?! (Аплодисменты.) Вы понимаете, какой клин вы вбиваете в эти отношения?! (Аплодисменты.)

Тут ангельскому терпению директора Госархива приходит конец:

– Это вы клин вбиваете такими вопросами!

А на очереди к микрофону уже стоит главный редактор из Киргизии. Говорит тише и вежливее. Но крайне подавлена.

– Столько лет нам говорили о подвиге панфиловцев. Я тоже за правду. Но, как нас учили на журфаке, есть правда, которую лучше не оглашать (выделено мной. – Е.Р.). У нас в Киргизии атомная бомба взорвется, если об этом узнают. Знаете, какой будет реакция? «А, эти русские, они, как всегда, врут!» Настолько это невероятно. Так объявлять эту правду или умолчать о ней?

Она явно просила совета у директора Государственного архива.

– Это вы должны решать, не я, – удивился он. – Если хотите, пришлем вам доклад Афанасьева, главного военного прокурора 1948 года.

И тут слово взял главный редактор «Российской газеты» Владислав Фронин. Оказалось, его совсем не мучает тот вопрос, который мучает его коллегу из Кыргызстана. Потому что он знает верный ответ: такая правда нам не нужна!

– Если я напечатаю этот документ о панфиловцах, то нанесу вред и своей аудитории, и солдатам, которые воевали, – уверенно говорит Фронин.

Казалось бы, вот она, финальная точка дискуссии, которая вполне вписалась бы в логику мероприятия. Но на эту минуту своего слова еще не сказал Алексей Венедиктов, который тоже был в этом зале! А тут он его взял и сказал:

– Для меня тоже было шоком, что панфиловцев не было. Мы учили в школе все 28 имен наизусть. Но надо понимать: если их не было – значит не было. Правда приоритетна. Если есть документ – его надо публиковать. А то давайте одно не публиковать, другое... Давайте не публиковать секретных протоколов, госпожа из Латвии, потому что это позорит нашу страну. Да, в истории этой страны есть позорные, грязные страницы. Но если вы не моете в доме грязную комнату – грязь из нее расползется повсюду. Что это вообще за постановка вопроса – говорить или нет правду? Тогда есть другая профессия – пропагандист, когда одну часть правды вытаскивают, другую скрывают!

И это выступление тоже срывает аплодисменты! Он не был однородным этот зал, нет! Но точка все равно досталась противной стороне. До микрофона дотянулся представитель белорусского информационного агентства.

– А почему в доме, где 17 комнат, нужно говорить о грязном туалете? Где другие 17 комнат?!

А где другие туалеты в доме, где целых семнадцать комнат?! – хотелось уточнить в ответ. Но тут в зал длинной цепочкой вступили представители Федеральной миграционной службы. Пришло их время ответить на вопросы, беспокоящие аудиторию русскоязычных зарубежных изданий. Про панфиловцев было обещано продолжить на следующий день. Возможно, с надеждой, что к утру люди смирятся, что панфиловцев больше нет.

Сокращенный вариант материала Елены Рыковцевой (Радио "Свобода"). Оригинал статьи здесь.

Смотреть комментарии (12)

"Форум закрыт, дискуссию можно продолжить на официальной странице "Азаттыка" в Facebook (Azattyk Media).

XS
SM
MD
LG