Ссылки для упрощенного доступа

21 апреля 2021, Бишкекское время 20:52

Восхождение на Монблан. Слово о кыргызских переводчиках


Шекспир, Сервантес, Низами, Фирдоуси, Пушкин, Руставели, Толстой, Достоевский, Гете, Уитмен, Гюго, Шолохов, Хемингуэй, Твардовский, Хикмет… Десятки, если не сотни самых блестящих имен. Горы переводной литературы. Десятки лет кропотливого творческого труда, озвучивание самых великих произведений мировой литературы на родном кыргызском языке. Разве это не подвиг национального значения, без чего трудно представить культурное строительство в нашей стране?

Конечно, подвиг. Подвиг тех, кого еще Александр Сергеевич Пушкин называл «почтовыми лошадьми просвещения», имея в виду переводчиков литературы. Великий поэт прекрасно понимал, если не они, то никто не смог бы прочитать «Илиаду» и «Одиссею» на русском, точно так же произведения его самого не знали бы другие народы. И его уверенность, что он «славен будет пока в подлунном мире жив будет хоть один пиит», основывалась на работе именно переводчиков, которые воспроизведут его произведения и на языках «гордых внуков славян», даже «ныне дикого тунгуса».

Как историк кыргызской литературы, я не могу без глубокого пиетета, даже искреннего душевного трепета писать о кыргызских переводчиках. Мы их колоссальную творческую работу на протяжении 20 столетия еще не оценили по достоинству. Существуют, понятно, разного уровня переводы, не все они шедевры, но многие из них без преувеличения неповторимы, а иные почти конгениальны. Вот знаменитый перевод классического стихотворения «Туча» того же Пушкина в переводе Узакбая Абдукаимова:

Бороон чачкан эң акыркы кара булут удургуп,

Жалгыз гана сен жүрөсүң ачык көктө уюлгуп,

Жалгыз гана сен көлөңкө түшүрөсүң бүркөлүп,

Жалгыз гана сен кейитесиң турса айлана көйкөлүп.

Жанараакта көктү чулгап, алай-дүлөй буй салдың,

Айбаты зор чагылганды өзүңө ороп курчандың,

Курчандың да бир купуя күркүрөп үн чыгардың,

Ач көз жерди жамгыр менен шаркыратып сугардың.

Жетет эми, көздөн жогол, кырдалың жок кутурган,

Бороон-чапкын өтүп кетти, жер жаңырып кулпурган,

Жалбыракты эркелеткен шамал азыр кубалап,

Көшүлүңкү көктөн сени айдамакчы кубалап.

А вот его оригинал:

Последняя туча рассеянной бури!

Одна ты несешься по ясной лазури,

Одна ты наводишь унылую тень,

Одна ты печалишь ликующий день.

Ты небо недавно кругом облегала,

И молния грозно тебя обвивала,

И ты издавала таинственный гром

И алчную землю поила дождем.

Довольно, сокройся! Пора миновалась,

Земля освежилась, и буря промчалась,

И ветер, лаская листочки древес,

Тебя с успокоенных гонит небес.

К сожалению, многих переводных книг, по которым мы в свое время знакомились с мировой классикой, жадно припадая к этому живительному источнику культуры, сейчас нет на полках книжных магазинов. Но нет никакого сомнения в том, что они будут. Непременно будут, потому что знание русского языка снижается, прочитать все это богатство в оригинале нет возможности, поэтому придется взять в руки именно кыргызские переводы, если мы хотим быть культурной нацией. А они, переводы, у нас, слава богу, есть.

Мы любим говорить, что кыргызская литература сделала невиданный творческий прорыв в 20 веке, в «золотом веке» отечественной словесности. Однако, одно из решающих условий этого прорыва, по общему признанию специалистов, заключалось именно во всеобщем увлечении всех наших классиков переводами, тем более, в советское время государство всячески поощряло эту работу, выплачивая переводчикам хорошие по тем временам деньги. В литературоведении художественный перевод являлся одной из важнейших составляющих общекультурного развития в целом и национального литературного процесса в частности. Ни Тыныстанов, ни Токомбаев, ни Осмонов, ни тем более Айтматов не чурались переводческой работы, потому что эта работа была для них школой писательского труда, постижения секретов литературного творчества изнутри. Это с одной стороны. Но, с другой, если не было переводных книг, кыргызы еще долгое время оставались бы в полном неведении о мировой классике, пребывая в неком замкнутом пространстве, не ведая, кто такой Дон-Кихот или Гаврош, Король Лир или Татьяна Ларина, Лейли и Меджнун...

Между тем наш «золотой век» начался именно с робких, порой достаточно искаженных, но все же первых переводов литературы других народов. Прорубил вековой лед легендарный Касым Тыныстанов, выпустив сборник переводов революционных маршей и гимнов на кыргызский язык в 1926 году . Этот первый в истории кыргызской литературы переводной сборник назывался «Песни революции» (Өзгөрүш ырлары).

Тур, каргыш менен тамгаланган,

Бүтүн дүнүйөсү ач кулдар!

Кайнап биздин ал ачынган,

Кандуу кармашка биз даяр.,

Эски дүйнөнү кулатабыз,

Түбүнөн түрө биз бузуп

Эзилген элди жыргатабыз,

Жаңыдан дүйнө тургузуп.

Это из «Интернационала». Между прочим, специалисты много раз и с точностью до совпадений жанра и мотивов доказали, что Касым и в собственном литературном творчестве опирался на известные литературные образцы, темы и идеи мировых классиков. Причем, это практиковал это не только он, но и все начинающие кыргызские писатели и поэты того времени, и это было благом. Это называлось учебой у классиков, поиском своих путей в литературе. И эти пути вскоре нашлись, и появилась наша прекрасная, я бы не побоялся сказать, великая кыргызская письменная, профессиональная литература 20 века.

Однако, значение переводов ограничивается не только этим. Благодаря переводам сам кыргызский язык испытывал огромное напряжение внутреннего роста. Он впервые запестрил множеством заимствованных слов, калькированными выражениями, синтаксическими конструкциями, пришедшими из арсенала русского языка. Это произошло примерно в военное и послевоенное время, когда кыргызский художественный перевод вступил в стадию профессиональной зрелости.

Как это обычно бывает, и в переводческой истории имеются свои знаковые, символические события. Самым ярким примером этого стала публикация «Евгения Онегина» и «Витязь в тигровой шкуре» Шота Руставели в интерпретации великого А. Осмонова. И «Витязь», и «Онегин» стали переводной классикой, переиздавались множество раз, оказали немалое влияние на последующий литературно-художественный процесс. А. Осмонов показал себя настоящим мастером, прежде всего, своего родного кыргызского языка, в то же время художником новой формации, литератором и переводчиком нового поколения.

В 1949 году вышел в свет перевод первого тома романа Льва Толстого «Война и мир». Далее один за другим вышли переводы остальных томов эпопеи - в 1951, 1954 и 1955-м годах. Перевод «Войны и мира» великим переводчиком С. Бектурсуновым значил очень многое. Озвучено было на кыргызском одно из величайших произведений не только русской, но и мировой литературы. Переводы этих произведений выявили, прежде всего, возросшие выразительные возможности самого кыргызского литературного языка, его новый исторический этап развития. Примечательно, что именно яркие творческие успехи кыргызских переводчиков предшествовали успехам и самой кыргызской литературы 50-60-х. Так наступил кыргызский «серебряный век» в истории отечественной культуры, обозначенный именами Айтматова, Эралиева, Джусуева, Касымбекова, Султанова, Байджиева, Мамытова в литературе, Муратбека Рыскулова, Даркуль Куйуковой, Бакен Кыдыкеевой в театре, Бюбюсары Бейшеналиевой, Урана Сарбагышева, Чолпонбека Базарбаева в балете, Убукеева, Океева, Шамшиева, Базарова в кинематографе, А. Мырзабаева, Б. Минжилкиева, К, Сартбаевой в опере, целой плеяды выдающихся ученых в науке и т. д.

Таким образом, если 1960-е годы были периодом наступающей зрелости кыргызской профессиональной культуры, интенсивного развития и обогащения нашего языка, то в основе этого лежало именно широкое знакомство с лучшими образцами мировой культуры на родном кыргызском языке, блестящий творческий труд переводчиков.

Неудивительно, что интерес к Толстому еще больше вырос в период «серебряного века». Во второй половине 50-х годов вышли в свет «Анна Каренина» (переводчик Т. Саманчин) и «Воскресение» (С. Бектурсунов). Вообще, 50-е годы в истории кыргызского перевода можно охарактеризовать как «толстовский» этап развития. Только в переводе С. Бектурсунова вышло более 30 произведений Толстого, «заговоривших» по-кыргызски и ставших настольными книгами для многих.

Именно в это бурное переводческое время еще неизвестный литературной общественности молодой автор Чингиз Айтматов в своих острых, аргументированных статьях «О терминологии кыргызского языка» и «Переводы, далекие от оригинала», написанных на русском языке, выражал беспокойство о том, что выпускаются сборники переводов, авторы которых, плохо зная русский язык, очень часто не понимают глубинный смысл переводимого произведения.

После кыргызского прочтения Толстого произошел некий прорыв в переводческом искусстве Кыргызстана. «Мертвые души» и «Тарас Бульба» Н. В. Гоголя (перевод - О.Орозбаев), «Герой нашего времени» М. Ю. Лермонтова (Д. Абдылдаев), «Записки охотника», «Отцы и дети» И. С.Тургенева (Р. Жумалиева), «Молодая гвадия» А. Фадеева (У. Абдукаимов) и многие другие классические тексты зазвучали на кыргызском.

Немалые успехи имели место и в 70-е. Одним из лучших достижений переводов из русской литературы этого десятилетия являются первые два тома романа-эпопеи М. Шолохова «Тихий Дон» в переводе О. Орозбаева. Этот перевод – самая монументальная работа кыргызского переводчика, до этого сделавшего достоянием кыргызских читателей произведения Р. Роллана, Н. В. Гоголя, Н. Островского и целого ряда других авторов. Главное достоинство перевода О. Орозбаева - в его богатом и колоритном языке, в точной индивидуализации шолоховских героев, воспроизведении их сочного, казацкого говора в кыргызском языке.

Другой бесспорно успешный труд - это «Молодая гвардия» Александра Фадеева в переводе У. Абдукаимова Не будет преувеличением сказать, что в творчестве Абдукаимова-переводчика - это одна из самых ярких удач. Язык и образные средства перевода настолько свежи, современны, что название «Молодая гвардия» оказалось синонимичным литературной молодости. Роман был бестселлером, одним из самых любимых и читаемых произведений в республике. Можно только предположить, как это чтение реально отразилось в творчестве кыргызских прозаиков 60-70-х. Столь точная и виртуозная интерпретация «Молодой Гвардии» даже в общем контексте кыргызской послевоенной литературы, развивавшейся очень динамично и бурно, могла быть охарактеризована как огромной культурной значимости факт.

Стоит ли перечислять все то, что переводилось на кыргызский язык с памятных 1920-х до 1980-х? «Дон-Кихот» Сервантеса, «Бедные люди» Ф. М. Достоевского, почти все басни И. А. Крылова, собрание сочинений Н. В. Гоголя в 2-х томах, романы и повести И. С. Тургенева, почти все стихи и поэмы В. Маяковского, «Петр I» А.Толстого, «Василий Теркин» А. Твардовского, «Кола Брюньон» Ромэна Роллана, Лу Синь, Лю Бай-юй, Ли Бо, Хемингуэй, Сент-Экзюпери… Мы назвали только самые громкие и значительные имена. А та блестящая детская литература, на которой выросло не одно поколения кыргызов, начиная с «Маугли» Р. Киплинга, до «Детей капитана Гранта» Жюля Верна (Верн переведен, кстати, почти весь) и «Всадника без головы» Майна Рида? Об этом наиболее полно написано и исслеледовано в 2-томном учебнике автора данных строк «История кыргызской литературы ХХ века», который вышел в 2013-м и за четыре года переиздавался дважды.

В 1980-е в переводческом деле наступил свой внутренний, имманентный кризис. Дело было, во-первых, в том, что новые поколения уже были либо русскоговорящими, либо уже читали произведения тех же мировых классиков на русском языке. Хотя переводные книги издавались так же интенсивно, как прежде, но интерес к ним в силу указанных причин сильно упал. Это новое явление усугубилось также и тем, что в СССР в эти годы наступил период кризиса, который имел тотальный характер. То был период перестройки и гласности. А в бурные 1990-е не только переводы, но оригинальные тексты издавались крайне редко. Можно только радоваться тому, что, наконец, в наше время вновь начали появляться переводные книги. Значит, мы постепенно выходим из того длительного кризиса, который накрыл нас в 1980-1990 годы.

Таким образом, переводная литература стала для кыргызского народа не только окном в большой мир литературы и культуры, но и фундаментом национального культурного роста и ускоренного литературного развития, как утверждал русский ученый и выдающийся айтматовед Георгий Гачев. А если говорить не языком терминов, то труд наших переводчиков - это, бесспорно, подвиг, причем, подвиг общенационального масштаба.

Я этот подвиг назвал бы восхождением на культурный Монблан, покорением сияющих вершин мировой литературы. Поэтому низкий поклон всем тем, кто совершил это мужественное творческое восхождение. Без этого не было бы того, что было и есть в кыргызской национальной культуре как прошлого, 20 -го, так и нынешнего столетия.

XS
SM
MD
LG