Ссылки для упрощенного доступа

21 Сентябрь 2017, Бишкекское время 21:48

Есть один парадокс в кыргызской экономике - мы почти не производим нефти, нет у нас ощутимого запаса газа. Наоборот, мы ежегодно покупаем 1 млн тонн нефтепродуктов и 500 млн кубометров природного газа, тратя на это большие суммы без того хронически недостающих денег. Но наша экономика лучше развивается тогда, когда энергоносители стоят дороже, а не тогда, когда они дешевле. В 90-годы прошлого века цена барреля нефти на мировом рынке в среднем составляла 18 долларов США (см. график ниже).

В эти годы экономика Кыргызстана не развивалась ускоренными темпами, как, например, в Китае. Наоборот, именно в этом периоде случился небывалый кризис. В последние годы правления Акаева цена нефти немного поднялась, вместе с этим и ВВП страны стал расти быстрее, составив 4,8% в среднем в год. Все же в тот период не наблюдалось какого-либо заметного улучшения жизни народа.

Если не учитывать мировой финансовый кризис 2008-2009 годов, то со второй половины 2000-х и до 2014 года включительно цена нефти не опускалась ниже 100 долларов за баррель. Другими словами она была минимум в 5 раза дороже, чем в 90-е годы. Как раз в это время имел место самый высокий рост ВВП Кыргызстана. За время правления Бакиева – в 2006-2009 годы - среднегодовой темп роста ВВП Кыргызстана достиг 5,7% . Как бы странно ни было, именно во время "кровожадного» Бакиева" жизненные условия населения заметно улучшились, люди начали накапливать деньги, покупать на них квартиры, машины и мебель или строить дома.

Помните шумиху, поднявшуюся после революции 2005 года вокруг одной программы под названием ХИПИК? При Акаеве внешний долг страны достиг 130% к объему ВВП, намного превысив 60-процентный порог, который в мировой практике считается как опасный. В то время, когда Бакиев только пришел к власти, Всемирный банк предложил нам войти в эту программу, которая, по мнению его сотрудников, должна была облегчить наш внешний долг.

Как мне представляется, Всемирный банк, предлагая нам войти в программу ХИПИК, не имел намерения унизить нас. Он этого даже в мыслях не допускал. Но кыргызы, все еще продолжающие пребывать в постреволюционной эйфории от безмерной гордости, в предложении Всемирного банка увидели злой умысел. Они говорили, что в этой программе одни африканские страны, просили их не ставить в один ряд с этими, как им казалось, дикими африканскими племенами.

Активисты в знак протеста перед Домом правительства сожгли чучело Всемирного банка. Дескать, кыргызы - потомки великого Манаса, а потому люди гордые, свои долги они сами выплатят до единого тыйына, собрав для этого деньги с населения. Но на банковский счет, открытый специально для этой цели, не поступило даже 100 тысяч сомов. Говорят, что сами инициаторы подобного пути решения проблемы внешнего долга не перевели ни одного сома. Однако проблема внешнего долга незаметно исчезла из повестки дня под воздействием начавшегося в то время экономического роста, не оставив за собой ни единого следа.

Вот уже два года, как цена нефти снизилась до 50 долларов. Темп роста ВВП за эти два года упал до 3,9%. В целом за 5 лет правления Атамбаева (2012- 2016 годы) среднегодовой темп роста ВВП составил 4,5%. Это ниже даже показателей времен Акаева. С настроем, вызванным бурным ростом экономики, взявшим старт еще при Бакиеве, Атамбаев принял документ под названием «Стратегия устойчивого развития». Согласно этому документу должно быть реализовано около 70 проектов, которые, как он говорил, позволят увеличить ВВП страны в 2 раза. Большинство намеченных целей Стратегии не было достигнуто.

В это время проблема внешнего долга вновь стала актуальной, как будто ХИПИК ожил и вернулся, можно сказать, с того света. Пока он (долг) не сильно превысил опасную черту. Но он быстро может перешагнуть за 100-процентную отметку, ибо нынешний курс сома был удержан силой больших валютных интервенций, и этот курс вряд ли сохранится долго в условиях слабой экономики Кыргызстана.

Воистину "поражение - сирота, а у победы всегда тысяча отцов"! Когда принималась Стратегия устойчивого развития, о которой говорилось выше, Атамбаев заявлял, что когда он был премьер-министром у Бакиева, ему за два года удалось увеличить бюджет страны в 2 раза, что ему и сейчас не составит большого труда увеличить ВВП страны за 5 лет в 2 раза. Такое же самохвальство мне пришлось слышать и из уст Акылбека Жапарова, который был министром финансов и вице-премьером при Бакиеве.

А о самом Бакиеве и говорить не приходится. По мере того, как дела Атамбаева не идут, он начинает оживать, передает привет из далекого Минска, давая понять, что он готов снова занять президентскую должность. Почему сейчас Атамбаев, который в 2006-2007 годы удвоил бюджет страны, не может повторить свой подвиг? Ведь если при Бакиеве он был все же зависимым и действовал с оглядкой, то сейчас вся власть в его руках – может делать все, что захочет.

Быстрый рост кыргызской экономики при Бакиеве не был связан с тем, что они, Атамбаев и Жапаров, обладали особым талантом или работали не покладая рук. Они, напротив, как мне кажется, часто чинили препятствия этому развитию, делая то, что не нужно было делать. Если бы они хорошо понимали закономерности развития экономики и использовали более полно эту сложившуюся самой по себе благоприятную возможность, то экономический рост был бы еще выше. Тогда они заложили бы фундамент для будущего развития, и сейчас наша экономика развивалась бы без посторонней помощи.

Тот быстрый рост нашей экономики был обусловлен редко встречающимися процессами, происходившими в то время в мировой экономике. Вторая в мире экономика Китая, плюс не такие крупные, но все же достаточно большие экономики Индии и Бразилии как раз в это время стали расти быстрыми темпами. Вдобавок к этому попытки стимулирования экономики США и европейских стран путем облегчения процедуры выдачи кредитов на строительство домов начали приносить свои плоды в этот период.

По мере ускорения развития мировой экономики возрастал и спрос на энергоносители и сырье. В упомянутых странах свои энергетические ресурсы не покрывают потребности. Они являются чистыми их импортерами. В новых условиях они стали еще больше импортировать. Рост спроса в свою очередь привел к небывалому повышению цен на них и резкому увеличению доходов стран, занимающихся производством и реализацией энергоносителей. Среди стран СНГ нефть и газ много производят Россия, Казахстан, Азербайджан и Туркменистан. Для них деньги посыпались, как дождь с неба.

Обилие денег так же плохо, как и их нехватка. Слишком большие деньги не дают покоя. Казахи заявили, что к 2050 году они войдут в тридцатку богатейших стран мира, напрочь позабыв, как они совсем недавно, в 90-е, влачили жалкое существование. У России вновь пробудились имперские амбиции, притупившиеся после развала СССР. Она принялась командовать своими бывшими колониями, указывая, что им делать, и наказывая тех, кто не хотел подчиняться. Она начала тягаться с самой Америкой, заявляя, что отныне мир должен быть двухполюсным.

Влияние развития экономик России и Казахстана происходило по трем направлениям. Во-первых, в связи с увеличением доходов они повысили спрос на наши товары, стимулируя производство страны. В первую очередь это относится к продукции сельского хозяйства и легкой промышленности. Еще ранее китайские товары в эти страны завозились через Кыргызстан, поскольку он был членом ВТО и имел с Китаем самый низкий среди стран СНГ импортный тариф. С увеличением денег у РФ и Казахстана реэкспорт увеличился еще больше.

Во-вторых, с появлением денег бизнесмены России и Казахстана стали покупать наши недооцененные активы, которые не находили своего покупателя, и делать инвестиции на их рост. Это больше всего наблюдалось в секторе производства золота. В-третьих, наши безработные люди начали выезжать в эти страны с целью заработать там деньги. Чтобы составить представление о влияние трудовой миграции на нашу экономику, достаточно сказать, что денежные переводы трудовых мигрантов составляют более четверти ВВП страны. Кыргызстан по данному показателю занимает второе место в мире после Таджикистана.

Часть денег мигрантов, если на них были куплены товары, которые не производятся в нашей стране, ушла обратно за рубеж. Другая часть создавала спрос на наши товары, и это стало дополнительным стимулом для развития отечественного производства. Так, например, мигранты покупали квартиры. Это привело к оживлению строительной отрасли. Если наши бизнесмены ранее занимались преимущественно торговлей и предоставлением услуг населению, с ростом такого спроса стали осваивать строительные профессии и направление. Последнее превратилось в массовый бизнес.

Из сказанного можно сделать вывод, который послужит уроком для нас. То, что экономика Кыргызстана лучше развивалась тогда, когда нефть и газ стоили дороже, а не тогда, когда они были дешевыми, свидетельствует о том, что наши политики еще не научились поднимать экономику. Если бы не были упомянутые уникальные процессы в мировой экономике, мы жили бы, как и прежде, бедно. Что настораживает? То, что по этой же причине вероятность ускорения темпов роста нашей экономики в ближайшей перспективе очень мала. Пока Кыргызстан найдет свой путь развития, нам придется еще долго жить в недостатке и лишениях.

Скажете, наверное, дорогие читатели, что все умны задним числом, мол, почему я не говорил об этом в свое время. Меня нельзя винить за это. Я знал, что это приведет к тому, что мы сейчас имеем. Не только знал, но и предупреждал об этом через средства массовой информации неоднократно, несмотря на то, что власть любое слово в свой адрес воспринимала как несправедливую критику, и наказывала авторов статей как клеветников и очернителей светлого курса правительства.

В качестве примера привожу цитату из моего интервью информационному агентству АКИ-пресс, опубликованного ровно 10 лет назад под названием «Сапар Орозбаков: Россия и Казахстан - не модель для подражания для нас»: «Нынешнее относительное благополучие Казахстана и России главным образом основано на конъюнктуре энергоносителей, и оно абсолютно не гарантирует динамичного экономического развития в перспективе».

Привожу еще один отрывок из моей статьи «Было ли ошибкой вступление Киргизии в ВТО?», опубликованной в 2009 году: «В отличие от поклонников России, я не думаю, что она окончательно нашла свой путь развития, и ее ждет впереди только безоблачное будущее. То, что быстро росла российская экономика в последние годы, отнюдь не результат осмысленных и целенаправленных действий, и в нем мало заслуг нынешнего ее руководства, как это многим кажется. Этому благоприятствовала мировая конъюнктура рынка, как подобное случилось в годы Советской власти во время правления Л. Брежнева, когда жизнь людей улучшилась настолько, что получила название «брежневского коммунизма». Я меньше всего желаю России плохого хотя бы потому, что это прямо аукнется в Кыргызстане. Но было бы непростительной ошибкой забывать, что тогдашнее брежневское неожиданное улучшение сменилось столь же неожиданным ухудшением ситуации, которое завершилось крахом самого государства в конце 80-годов».

Почему модель экономического развития не подходит Кыргызстану?

Частое повторение мною этой мысли было связано с тем, что в то время среди наших политиков люди, которые боготворили Путина, сделали его своим кумиром, возвеличивали. Они говорили: «Путин оказался талантливым руководителем, он сумел быстро поднять экономику России, чего не смог сделать Ельцин, и навел порядок в стране». Тем самым я хотел предостеречь наших политиков, чтобы они не оказались в плену ложных мыслей и не направили страну на неправильный путь. Таких людей и сейчас немало. Они ждут, когда же Путин исправит ситуацию в российской экономике.

Как бы то ни было, в России много высокообразованных специалистов. В самой России многие не верят в перспективу своей экономики, предсказывают долговременные трудности. Бывший министр экономики Улюкаев, обнародовав прогноз подведомственного ему учреждения на долгосрочную перспективу, заявил, что в ближайшей перспективе не ожидается какой-либо тенденции к улучшению ситуации в экономике. Власть при загадочных обстоятельствах взяла его под арест, объявив, что он был задержан при получении взятки. Экономистов, придерживающихся подобной точки зрения, с течением времени становится все больше.

Как видите, в России известные люди, к тому же специалисты по экономике, предсказывают, что стране будет трудно выйти из кризиса. А наши полны уверенности, что российская экономика уже завтра пойдет на поправку. Поэтому они присоединили Кыргызстан к Таможенному союзу, несмотря на то, что в настоящее время в экономике России царит кризис. Характерным в этом отношении является то, что в дискуссиях, связанных с вступлением страны в эту организацию, бывший спикер парламента сказал, что «русские всегда находили путь выхода из любой сложной ситуации, и на этот раз они сумеют преодолеть трудности, нам нечего опасаться».

Модель развития экономики России не является новой, изобретенной этой страной. Она используется многими странами с появления рыночной экономики. Ее суть заключается в продаже природных ресурсов, подвергая их некоторой обработке, а именно очищению, и в покупке на вырученные деньги необходимых для страны товаров. Она является альтернативой модели, основанной на выпуске товаров. Эта модель обеспечивает быстрый и легкий способ достижения народного благосостояния. Она, конечно, используется в странах, богатых природными ресурсами. Большинство арабских стран, имеющих нефть в изобилии, применяет эту модель.

Но нельзя сказать, что все страны с богатыми природными ресурсами идут непременно по такому пути. В США, например, природные ресурсы имеются в достаточном количестве, но они развивались путем производства товаров, причем путем выпуска глубоко обработанных товаров. Еще одной особенностью этой модели является то, что ее часто используют страны с авторитарными и диктаторскими режимами. Упомянутые арабские страны в большинстве своем являются именно таковыми. От них почти не отличаются наши друзья – Россия, Казахстан, Туркменистан и Азербайджан.

Все же сказать, что авторитарные и диктаторские страны все до единой занимаются распродажей природных ресурсов, было бы неправильно. В начале развития в Южной Корее, Сингапуре и других быстрорастущих азиатских "драконах" и "тиграх" были, как правило, авторитарные режимы. Ни в одной из них, за исключением, может быть, Индонезии, не было природных ресурсов не то чтобы продать - даже удовлетворить свои потребности. Все они обеспечили экономическое развитие путем выпуска товаров. Они стали демократическими странами позже, на последних этапах развития. Во многих из них до сих пор нет полноценной демократии как на Западе.

У этой модели экономического развития есть один существенный недостаток. Если руководители страны своевременно не примут соответствующие меры, она порождает явление, известное под названием «голландская болезнь», когда природные ресурсы вместо того, чтобы способствовать экономическому развитию, могут, наоборот, создать препятствия для него. Механизм этого таков. По мере увеличения денег, поступающих от продажи нефти и газа, растут заработная плата и курс валюты. Уровень заработной платы превзойдет свой объективно обусловленный уровень, определяемый уровнем производительности труда.

Например, с нынешней заработной платой Россия, если она не будет выпускать особо качественные товары, как европейские страны, не может конкурировать в производстве одежды с Кыргызстаном. Поскольку наша заработная плата 5 раза ниже, чем российская, наши швейники могут изготавливать любой вид одежды намного дешевле, чем швейники России. России придется заниматься машиностроительной отраслью, которая нам не под силу, и конкурировать в этой отрасли с более развитыми странами, такими как, например, Китай. Для этого нужны соответствующие специалисты и квалифицированные рабочие, которые способны работать в данной отрасли. А деньги, поступившие от продажи нефти и газа, ушли не на подготовку кадров, а на повышение заработной платы, т. е., говоря простыми словами, съедены.

Эта разница увеличивается по мере роста заработной платы, и в результате страна по остальным отраслям, а именно, по производству товаров потеряет свою конкурентоспособность. Другие отрасли не будут развиваться. Если посмотреть структуру ВВП и доходов государственного бюджета этих стран, то можно увидеть, что в них большую часть составляют деньги, поступившие от продажи нефти и газа, а поступления от других отраслей составляют ничтожную сумму. В России 40% дохода федерального бюджета состоит из денег, вырученных от продажи нефти и газа. Это прямые поступления. Включая косвенные эффекты, по некоторым данным, они доходят до 80%.

В отличие от Роcсии Кыргызстан акаевских времен принял за основу модель производства товаров. По причине, что в становлении нашей экономики активную роль сыграли международные организации, у нас были приняты законы, благоприятствующие развитию производства товаров. Эти организации ставили нас в качестве примера образцового проведения реформ для остальных стран, в том числе для России и Казахстана. Однако, несмотря на то, что наши экономические законы были либеральными для предпринимательства, как на Западе они на практике не соблюдались. В результате они не дали свои плоды как в Чехии, Словакии, Словении, Эстонии и других странах Восточной Европы, которые выбрали такой же путь, по которому шел Кыргызстан.

Во время правления Бакиева эта модель не изменилась. Хотя он укреплял свою личную власть и пытался сделать приемником своего сына, экономические законы по-прежнему оставались либеральными. Резкий поворот в экономической политике страны произошел после последней смены власти. Новая власть, сделавшая Путина своим кумиром, делала ставку на освоение месторождений полезных ископаемых, как в России, и приняла Стратегию устойчивого развития, состоящую из крупных проектов типа строительства ГЭС, дорог и прочих. После вхождения в ЕАЭС прежние законы по экономике переписываются в целях приведения в соответствии с российским законодательством, созданном для продвижения модели, основанной на распродаже ресурсов.

Модель, основанная на распродаже природных ресурсов, оправдана в Саудовской Аравии, Кувейте, Катаре и других странах, где нефть течет, как вода, и ее запасы неисчерпаемы. В большинстве стран нет таких полезных ископаемых. Поэтому на определенном этапе эта модель порождает упомянутую голландскую болезнь и приведет к кризису. 5 лет назад, как известно, произошла серия революций под общим названием «арабской весны». Эти революции - следствие того, что в этих странах были исчерпаны возможности дальнейшего увеличения производства нефти. А другие отрасли не развивались по упомянутой причине, и в этих странах рост экономический фактически прекратился.

Поскольку жизнь не улучшалась, а президенты засиделись по 20-30 лет на своих постах, люди вышли на улицы, хотя их менталитет и культура не позволяют легко воспринимать западную демократию. Первые признаки подобного кризиса теперь наблюдаются и в богатых ресурсами странах СНГ. Там тоже люди начинают протестовать против своих правителей. А для Кыргызстана, у которого нет таких природных богатств, это тупиковый бесперспективный путь. Если Кыргызстану суждено развиваться, он может это делать только путем производства товаров, как это делается в Японии, Корее, Китае.

Но наша политическая система должна быть не авторитарной, как во многих этих странах, а демократической, как на Западе. В условиях, когда взаимоотношения людей и экономических субъектов определяют не законы, принятые нами в стенах парламента, а традиции и обычаи (кто какую должность будет занимать, кто какую зарплату будет получать, решает не честная равноправная конкуренция, а связи и многочисленные родственники), единоличная власть никогда не будет справедливой и она не сможет навести порядок в стране и установить законность. Если мы сможем когда-либо стать развитой страной, то это мы сможем только через демократию. Но для этого мы должны создать не псевдодемократию, которая походит на демократию лишь по внешним признакам, а настоящую, ничем не ограниченную демократию.

Сапар Орозбаков, экономист, публицист.

Тексты в рубрике «Особое мнение» не отражают точку зрения радио «Азаттык».

Facebook Forum

XS
SM
MD
LG