Ссылки для упрощенного доступа

7 июля 2022, Бишкекское время 02:27

«Статьи переквалифицируются на «околопыточные». Большинство дел о пытках в Кыргызстане не доходит до суда


Иллюстративное фото.

Правоохранительные органы утверждают, что пыток в закрытых учреждениях Кыргызстана нет, однако правозащитные организации продолжают ежегодно регистрировать обращения об избиениях после задержания. Жертвы пыток и их родственники также не согласны с заявлениями силовиков.

При обсуждении итогов работы Национального центра по предупреждению пыток в Жогорку Кенеше на прошлой неделе представители Службы исполнения наказаний и других правоохранительных органов заявили, что пыток в Кыргызстане нет. Эксперты же в свою очередь отмечают, что «нет судебных решений, вынесенных по этой статье», но «выбивание» признаний в закрытых учреждениях все еще практикуется.

В Национальный центр по предупреждению пыток в 2021 году поступило 67 обращений о пытках. Все заявления направлены в Генпрокуратуру. По словам руководства Наццентра, 85% заявителей жалуются на действия сотрудников МВД.

«По собственному опыту могу сказать, что обычно 90% поступивших жалоб – это точно пытки. Да, есть определенный процент, когда люди во избежание наказания или в отместку сотрудникам правоохранительных органов могут оклеветать. Но это малое количество. В остальных случаях пытки, скорее всего, применялись. Но проблема в оперативном и качественном расследовании таких дел. Организм человека восстанавливается, синяки сходят, и со временем сложно доказать, что человек получал побои. Кроме того, часто люди не готовы рассказывать о пытках. Они не хотят об этом вспоминать и говорить», - рассказывает директор Наццентра Бакыт Рысбеков.

«Вернули полуживой»

В начале этого года житель города Каракол Нурлан Бейшембиев потерял жену. Она скончалась буквально через неделю после того, как он смог добиться ее освобождения по состоянию здоровья из колонии, в которой пробыла 5 лет.

Мужчина рассказывает, что в 2016 году его супругу Раушан Муканбетову задержали по подозрению в убийстве директора медицинского колледжа в Караколе. Она работала главным бухгалтером в учебном заведении.

«Милиция заявила, что она последняя была в ее квартире, поэтому убийцей является она. Задержание произошло через 3 дня после убийства. Сама жена рассказывала, что действительно заходила к ней, но она подумала, что она сидит пьяная, ушла. Не было никаких отпечатков, никаких доказательств ее вины. Следствие длилось почти год. Но городской суд ее оправдал, мы предоставили доказательства, результаты всех экспертиз, все было в ее пользу. Но потом уже начали бегать и прокуратура, и УВД. Потому что городской суд вынес частное определение в отношении двух следователей. Адвокаты объяснили мне, что частное определение означает, что следователи незаконно задержали мою супругу, значит, должны быть привлечены к ответственности, в том числе заместитель областного прокурора, который подписывал обвинительный акт. Поэтому все они начали бегать и сделали все, чтобы ее посадили. Областной суд приговорил ее к 15 годам лишения свободы. В общей сложности в заключении она провела 5 лет», - рассказывает Бейшембиев.

По его словам, уже через месяц после задержания Раушан перестала ходить, на процессы ее иногда приносили на руках. Женщина рассказывала мужу про избиение со стороны милиционеров после задержания. Тогда он обратился к омбудсмену и в Наццентр по предупреждению пыток, написал заявление в прокуратуру. Проверка со стороны надзорного органа была, однако, по словам Нурлана Бейшембиева, указанные в заявлении сотрудники УВД в прокуратуре заявили, что не задерживали женщину и вообще не работали в тот день. В итоге прокуратура не стала возбуждать уголовное дело.

Бейшембиев отмечает, что за годы в колонии его жена полностью потеряла здоровье, у нее несколько раз был инсульт. В декабре 2021 года после пятого инсульта ее отпустили домой.

«Еще после первого инсульта я просил, чтобы дали разрешение на лечение, дали отсрочку, чтобы она вылечилась, а потом отбыла наказание. После пятого инсульта она уже впала в кому. Только тогда за 3 дня провели комиссию, суд, и выдали мне ее полуживой. Врачи уже не могли ничем помочь. Я отвез ее домой. Через неделю она скончалась. Оказывается, закон работает, но только тогда, когда это нужно самим правоохранительным органам. Еще в декабре, до того, как ее отпустили, мы сделали компьютерную томографию - из-за подозрения на пневмонию. На снимке было видно, что ранее были сломаны 7 ребер. Врачи спросили, попадала ли она ранее в ДТП, потому что семь ребер одновременно не ломаются. Тогда я снова пошел к директору Наццентра по предупреждению пыток. Написал заявление в Генпрокуратуру. Это было 18 декабря, 26-го ее отпустили домой, а 2 января она скончалась. Мое заявление направили в городскую прокуратуру, в ходе расследования экспертиза подтвердила, что переломы были, они были нанесены тупым предметом. Но давность нанесения этих травм установить не представилось возможным. Мне предложили провести эксгумацию тела. Но я отказался. Мне пришлось бы дважды хоронить жену. Получается факт пыток есть, ее избивали и сломали ребра, но расследовать дальше не стали», - отметил мужчина.

«Делают все, чтобы не возбуждать дело по факту пыток»

По данным Наццентра по предупреждению пыток Бакыта Рысбекова, из всех 67 поступивших в 2021 году жалоб о пытках до суда дошло только одно дело по статье «Пытки». 70% дел прекращены, в некоторых случаях в возбуждении уголовных дел отказано, другие переквалифицированы в иные статьи.

«Большинство дел переквалифицируется в ходе следствия на статьи «Превышение власти» и тому подобные. Мы называем такие статьи «околопыточными». Даже если дело по статье «Пытки» доходит до Верховного суда, его возвращают на доследование, во время которого опять же могут его переквалифицировать. Любыми путями и методами пытаются не привлекать к ответственности по статье «Пытки»», - отмечает Рысбеков.

То же самое говорят в «Коалиции против пыток». Юрист организации Ерлан Алимбаев считает, что уголовные дела по статье «Пытки» не регистрируют - для снижения реальной статистики.

Он отмечает, что существующие данные о случаях пыток не отражают реальной картины, ведь обращаются к правозащитникам или в органы прокуратуры не все жертвы.

«Пытки в Кыргызстане есть. Обращения есть. Но регистрация органами прокуратуры случаев пыток действительно снизилась, возможно, повлиял COVID-19, или то, что вступили в силу новые кодексы. Все случаи регистрировались, но уведомлений о предъявлении обвинения было меньше. Возможно, жертвы пыток перестали обращаться, потому что зачастую дела даже до суда не доходят. Также многие дела переквалифицируют в другие статьи. Видимо, для того, чтобы не было статистики, доказывающей, что пытки в Кыргызстане есть. Конечно, цифры могут быть выше намного, потому что обращаются не все. Жертвы и адвокаты противостоят целой системе из правоохранительных органов – там и следователи, и прокуроры, и судьи. Если, например, признательные показания были получены под пытками, если это будет доказано, то ведь и уголовное дело в отношении жертвы должно быть пересмотрено. Получается, что доказательство было неверным, решение было незаконным, задержание тоже. И тогда уже должна рассматриваться ответственность милиционеров, судей, прокуроров», - сказал юрист.

«Под пытками вся моя семья»

Однако даже в случае возбуждения уголовного дела по статье «Пытки», жертвы могут быть осуждены. Так случилось с 29-летним Абжалом Нурбековым, жителем Токтогульского района Джалал-Абадской области. Его жестоко избили при задержании в 2019 году, но он все же был осужден и сейчас содержится в колонии.

Как рассказала его мать Гульмира Шакирова, 1 апреля 2019 года она позвала сына домой помочь по хозяйству, он приехал с другом и весь следующий день работал вместе с отцом, а вечером рассказал, что его одногруппник позвал его на встречу в Джалал-Абад.

Женщина вспоминает, что высказалась против поездки в город, ее сын остался дома, но утром его не было в своей комнате, а приехавшие к родителям милиционеры сообщили о его задержании за торговлю наркотиками.

«Он учился в Академии МВД, но был отчислен, в Бишкеке работал на стройке. Потом сын рассказал, что друг стал звонить ему ночью, настаивал на встрече, а когда они встретились, его поджидали милиционеры. Его просто подставили. Милиционеры заявили, что он должен сказать, что все наркотики, найденные в этой машине, его. Когда сын отказался, его начали избивать прямо на улице, это все происходило ночью, около 3 часов. Потом его увезли в Джалал-Абад, по дороге ему говорили, что заставят взять на себя вину. Мой сын знает законы, он заявил, что все расскажет судье. Тогда по дороге у въезда в город Кара-Куль машину остановили и били арматурой, она у них была в багажнике машины. Сын рассказал, что уже не чувствовал ног, что от боли был готов на все, и сказал, что признает вину. В УВД он снова стал говорить, чтобы позвали адвоката, правозащитников. Его пытали и в кабинете в УВД, надевали пакет на голову три раза, в третий раз он пережил клиническую смерть, но милиционеры стали его приводить в сознание, делать массаж сердца, поливать водой, бить по лицу и так далее. Тогда сын согласился взять на себя любую вину, лишь бы его не убивали. Под диктовку он написал признание. Когда у следователя он отказался подписывать это признание, пригласили государственного адвоката. Перед ИВС его осматривал врач. И адвокат, и врач видели, в каком он состоянии, но никто ничего не сказал», - рассказал женщина.

Об избиении Абжала мать узнала из видео, опубликованного на Youtube. Как оказалось, когда его водворили в камеру в ИВС, сокамерники сняли его на видео, чтобы в будущем их не обвинили в избиении. Женщина тут же выехала в Джалал-Абад, в прокуратуру, где показала это видео и написала заявление. Там же она нашла адвоката, который посетил сына в ИВС и помог ей попасть на суд по избранию меры пресечения. Адвокат рассказал, что на задержанном «нет живого места, кроме пяток и подмышек». На суде парень разделся, показал результаты пыток и все рассказал судье. Однако задержанного все же заключили под стражу на два месяца и отказали родителям в переводе под домашний арест и лечении сына.

На суде присутствовали и представители прокуратуры, которые записали показания Абжала и фотографировали его. В итоге все же было возбуждено дело по статье «Пытки» в отношении милиционеров. Однако, по словам Гульмиры Шакировой, следователь ГКНБ Джалал-Абада 2 года и 8 месяцев расследовал дело, все это время те милиционеры продолжали работать.

Мать сетует, что ее сына, несмотря на наличие уголовного дела о пытках в его отношении, осудили на на 10 лет и оштрафовали на 110 тысяч сомов. Но дело против милиционеров, подозреваемых в нанесении ему увечий для получения признаний, все еще рассматривается в суде.

Недавно Гульмира Шакирова снова обратилась за помощью к руководству страны. В итоге с ней была организована встреча в Генеральной прокуратуре, представители которой пообещали женщине расследовать дело.

Ранее Генпрокуратура сообщала, что с 2012 по 2021 годы по фактам пыток в отношении 79 человек было возбуждено 26 уголовных дел. 57 из них были оправданы, 18 - осуждены, 4 дела были прекращены. Среди осужденных числилось 14 сотрудников МВД, четверо работали в СИН.

«После Батукаева перестали отпускать по состоянию здоровья»

По данным Национального центра против пыток, за 2019-2021 годы в тюрьмах Кыргызстана умер 151 человек, смерти наступили от разных болезней – от коронавируса, заболеваний сердца, цирроза, ВИЧ и других.

Как отметил директор центра Бакыт Рысбеков, зачастую, даже несмотря на наличие смертельной болезни, человека продолжают держать в тюрьме. Рысбеков отмечает, что после освобождения криминального авторитета Азиза Батукаева по причине болезни и его выезда из страны практически прекратилась практика освобождения по болезни.

Эксперты отмечают, что факт непредоставления медицинской помощи также можно расценивать как применение пыток. Кроме того, пытками можно считать и психологическое давление, и угрозы со стороны сотрудников правоохранительных органов.

За последнее две недели в СИЗО ГКНБ зафиксирована смерть двух человек – политолога Марата Казакпаева и банкира Бакыта Асанбаева.

Казакпаев скончался 10 июня в больнице - через день после перевода его туда из СИЗО. После инсульта он впал в кому. Супруга заявила, что ему не давали возможность получить лечение, что она также расценивает как применение пыток.

Асанбаев же, согласно официальной версии, был найден повешенным в камере в ночь на 18 июня. Брат покойного заявил, что не верит в суицид человека, который должен был в предстоящий понедельник выйти на свободу. Он также сообщил, что присутствовал при вскрытии тела, и успел заметить синяки на руках и ногах покойного. Кроме того, у Бакыта Асанбаева были сломаны 7 ребер.

Форум Facebook

XS
SM
MD
LG