Ссылки для упрощенного доступа

28 ноября 2021, Бишкекское время 18:29

«Демократический альянс» составит конкуренцию


Равшан Жээнбеков
«Азаттык»: Итак, Равшан Бабырбекович, что послужило причиной именно вашего исключения из партии и фракции «Ата Мекен»?

Жээнбеков: Примерно год назад в паламенте обсуждали законность избрания мэра Бишкека. В то время я публично выступал с позицией, что мэра должны избирать горожане – это демократическая процедура, и это практика всех нормальных цивилизованных стран. Омурбек Текебаев же хотел, чтобы кандидатов на пост мэра выдвигали партии, а выбирали бы их члены столичного горкенеша большинством голосов.

Это было первное идеологическое столкновение между мной и партией во главе с Текебаевым. Второй случай нашего открытого спора произошел во время назначения членов в Совет по отбору судей. Тогда во фракцию поступили кандидатуры трех человек, и всех стали заставлять голосовать за них. Естественно, я потребовал, чтобы эта процедура была проведена открыто и прозрачно, чтобы все депутаты фракции и даже люди со стороны имели право вносить свои предложения, и чтобы мы выбрали самых лучших и достойных.

Но мое предложение не было принято, и большинство просто проголосовало за тех, кого выбрал сам Текебаев. В принципе эти две истории показывают причину конфликта между мной и партией.

«Азаттык»: А какую роль сыграли личные мотивы? Ведь хорошо известно, что Равшан Жээнбеков демонстрировал президентские амбиции, также было и при выборе премьер-министра второй коалицией. Но «Ата Мекен» тогда не поддержал вас.

Жээнбеков: Я считаю, что и внутри партий, и в стране в целом должны быть демократические принципы и процедуры. Без них абсолютно невозможно развивать ни партии, ни страну. Да, у меня были намерения стать кандидатом в президенты. Но тогда лидер «Ата Мекена» заявил, что он должен быть единым претендентом от партии на высший государственный пост. Состоялось совещание фракции, на котором меня осудили за то, что я хочу выдвинуть свою кандидатуру.

И потом на съезде Текебаев сам себя выдвинул и его утвердили единственным кандидатом «Ата Мекена». И это понятно – съезд безусловно проголосовал бы за него, потому что там все свои люди, и они конечно поддерживают Текебаева. И я согласен, что он без проблем выиграл бы у меня, если бы съезд поставил бы на голосование и мою кандидатуру. Но это было бы более легитимно и демократично. А через месяц он вообще снялся с президенской гонки!

Потом было избрание премьер-министра. Да, и тогда я не скрывал свои амбиции, и в этом нет ничего плохого, если это здоровые амбиции. Я решил выдвигать свою кандидатуру. И половина фракции решила выбрать Омурбека Бабанова. Но я считаю, что это нормально. Вообще в парламенте сейчас многие фракции не поддерживают именно своих членов, наоборот, поддерживают другие партии.

Проблема в другом – в отсутствии в партиях демократических принципов, нет реальной конкуренции, и мой пример с «Ата Мекеном» это показал. Если мы не можем конкурировать даже с лидером партии, то эта партия не будет считаться открытой, здоровой и эффективной. Если в партии нет прозрачного механизма принятия решений, в том числе и по кадровым вопросам, это уже отсутствие внутрипартийной демократии. И эти проблема существует в «Ата Мекене».

«Азаттык»: Но вам не кажется, что ваш конфликт с партией все равно выглядит намного цивилизованнее по сравнению с положением дел в других фракциях? Вспомним хотя бы случаи избиения в «Ата-Журте» неугодных, когда требовали отказаться от мандата, или массовое исключение из предвыборного списка кандидатов от «Республики», фактическое двоевластие в «Ар-Намысе».

Жээнбеков: Насчет цивилизованности я согласен, хотя скорее это просто внешние приличия. Как личности, мы можем проигрывать, и даже лишаться депутатского мандата. Это не совсем важно, самое главное – мы должны извлекать уроки, и страна должна выигрывать. Любой кризис ведет либо к гибели, либо к возрождению. Я бы хотел, чтобы наши партии начали возрождаться, потому что сегодня все партии столкнулись с кризисом, и «Ата Мекен» как партия имеет больше шансов на возрождение, если партийные лидеры сделают соответствующие выводы. Сегодня у всех партий есть возможность перейти на качественно новый уровень. Проблема закрытости политорганизаций, вождизма существовала всегда, и нам необходимо решать это.

«Азаттык»: Каким образом теперь измениться ваш депутатский статус и деятельность законотворца? Отобрать у вас мандат невозможно же, вы так и останетесь депутатом, но как вы будете проявлять личный потенциал без поддержки своей фракции?

Жээнбеков: Я не могу сказать, что фракции сегодня являются единым организмом. В ее составе ты или нет – многого это не меняет. Все равно постоянно идут согласования, отрабатываются позиции по тем или иным вопросам. Депутаты и должны иметь свою независимую точку зрения, пусть формально и являются членами фракции, не случайно ведь даже при партийном принципе построения нашего парламента можно входить в предвыборные списки партий, даже не будучи их членами. Поэтому на мою деятельность мой статус внефракционного депутата никак не повлияет. Я как был, так и останусь активным депутатом, активным политиком.

«Азаттык»: А для чего тогда вы участвуете в создании депутатской группы «Демократический альянс»? Ведь она никогда не будет обладать правами и возможностями фракций?

Жээнбеков: Я и еще несколько депутатов явялемся организаторами этой группы. Наша организация на стадии разработки, и я думаю, что в ближайшее время мы заявим о ее создании официально. И тогда же станет известно о наших конкретных целях, и какими способами мы будем добиваться их реализации.

«Азаттык»: О каком количестве членов вашей группы идет речь?

Жээнбеков: Думаю, нас будет около 20 депутатов. И не являясь формально фракцией, я надеюсь, что по своей роли и влиятельности фактически мы сможем сравниться в своих реальных политических возможностях с традиционными фракциями.

«Азаттык»: А в чем именно будет выражаться ваша значимость как самостоятельных игроков внутри парламента?

Жээнбеков: Наше влияние будет выражаться по тем или иным государственным важным вопросам, по выборным кандидатурам мы можем разрабатывать единую позицию и соответственно голосовать. Также в наших силах будет вести согласованную политику по принятию законопроектов. Мы сможем выступать с коллективными заявлениями по важным проблемам. Вот такую работу мы предусматриваем в рамках своего альянса.

Мы уже написали проект положения о «Демократическом альянсе», в этом деле приняли участие несколько депутатов. Цели нашего альянса - поддержка демократии, противостояние авторитаризму, выдвижение на государственные посты профессиональных людей, взаимная поддержка в продвижении законопроектов.

«Азаттык»: А как вы относитесь к официальной оппозиционной фракции «Ата-Журт», объединившейся с партией «Бутун Кыргызстан» и перешедшей к митинговой активности. Вы ведь тоже будуте оппонировать властям, и можете ли вы найти точки соприкосновения с этими партиями?

Жээнбеков: Лично я не имею с ними ничего общего, думаю, такой же позиции придерживаются многие политики. Хотя я не имею ничего против митингов – если они проходят мирно, то это нормально, и это должно даже поощряться. У нас есть закон о мирных митингах, и проведение легальных общественных акций является одним из показателей демократичности страны.

Но мне кажется, за их акциями видны карьерные амбиции, и в этом плане я их не поддерживаю. Эти митинги, как мне кажется, ставят целью не реформы, не продвижение демократии, не укрепление государственности, а незаметно преследуют другой вопрос: борьбу за пост премьер-министра.

«Азаттык»: Все политические силы – конкуренты друг другу. В силу этого, а как вы планируете обратить на себя внимание, стать каким-то центром тяжести, чтобы к вам прислушивались, и ваша деятельность носила практический характер?

Жээнбеков: В этом смысле не намерены организовывать митинги и вести какую-либо работу вне парламента. Мы цивилизованные политики, и хотим вести борьбу внутри парламента. В любой нормальной стране все проблемы и вопросы решаются именно в парламенте – для того он и существует. Тем более, мы не объявляем себя оппозицией.

Мы поддерживаем реформы, борьбу с коррупцией и укрепление парламентской системы. Сегодня в какой-то мере и власть пытается работать с нами в унисон, и мы стараемся делать то же самое. Поэтому я не скажу, что мы оппозиция, но и провластными нас тоже нельзя назвать – просто должна быть нормальная консолидация всех здоровых политических сил.

«Азаттык»: Для того, чтобы решать наши многочисленные проблемы, нужно контактирование, в том числе и с представителями власти. Вот вы, несмотря на конфликт с «Ата Мекеном», сохранили общение с тем же Текебаевым, или с вашим конкурентом за пост премьера Бабановым?

Жээнбеков: Несмотря на то, что я часто выступаю оппонентом властей, как было и при Акаеве, Бакиеве, а теперь вот с Текебаевым, я никогда, если вы заметили, не перехожу на личности, и не позволяю себе оскорбительные высказывания в отношении своих оппонентов.

Я стараюсь оперировать процессами и критиковать идеи. Поэтому мои оппоненты не должны обижаться. Любые вопросы мы можем сесть и обсудить. В политике никогда не надо сжигать за собой мосты. Всегда надо оставлять какие-то цепочки для налаживания контактов.

«Азаттык»: А в вашей группе нет регионального принципа? Извините за вопрос, но просто для многих политиков это уже стало, к сожалению, так характерно!

Жээнбеков: Мне буквально вчера кто-то сказал: «В вашей группе большинство – южане». И начал перечислять: Исмаил Исаков, Бодош Мамырова, Марат Султанов, Улукбек Кочкоров... Ну, я сам, во-первых, никогда не делю людей по их регионам, и даже не задумывался, кто из нас откуда. Но если даже судить по этму принципу, мной не разделяемому, то у нас есть и «северные» Дастан Бекешов, Омурбек Абдрахманов, я, например. Тем более, что наша группа не закрытая, и мы будем рады принять к себе всех, откуда бы они ни были родом. Главное, чтобы они были убежденными демократами и реформаторами.

«Азаттык»: Но если вдруг получится так, что «Ата Мекен» вас снова позовет, причем это будет сделано искренне, как вы поступите?

Жээнбеков: Если «Ата Мекен» станет демократической партией с демократическими процедурами, особенно в стиле принятия решений, внедрит здоровую конкуренцию, то почему бы и нет? Я же говорил, что никогда не закрываю за собой дверь окончательно. Я хочу напомнить пример Стива Джоббса, когда его уволили в середине 90-х годов из «Эппла». Но через четыре года его обратно пригласили в компанию, и сегодня она, даже после смерти Джоббса, является одной из лучших в мире с 500-миллиардной стоимостью.

Я хочу этим сказать, что во всяких структурах, пусть это будут бизнес-компании или политические партии, должны созревать процессы. В «Ата Мекене» я работал семь лет, для партии я отдал много времени, энергии, ресурсов и финансов. В том, что партия находится сегодня в том положении, которое она занимает, есть и моя заслуга. Я старался подталкивать в партии эти процессы роста и развития, даже ценой конфликтования.

Потому что конфликт дает человеку возможность думать, меняться, находить решения. Особенно это касается лидера. В случае споров внутри партии он не должен думать, что от несогласных с ним людей нужно обязательно избавляться. А он должен искать причину, почему так происходит, и исправлять ситуацию. Ведь до исключения меня и Омурбека Абдрахманова из «Ата Мекена» тоже изгоняли молодых ребят, которые критиковали Текебаева. Потом от кого будут избавляться?

Смотреть комментарии (3)

Не допускаются комментарии, унижающие честь и достоинство личности, элементы разжигания розни, угрозы и нецензурную брань. Просьба следовать правилам форума.
"Форум закрыт, дискуссию можно продолжить на официальной странице "Азаттыка" в Facebook (Azattyk Media).

XS
SM
MD
LG