Ссылки для упрощенного доступа

18 октября 2021, Бишкекское время 02:10

Как остановить пытки?


Гражданские акции против пыток.

Пытки – очередная тема для дискуссии, которую инициировало радио «Азаттык».

В прошлом году Генеральная прокуратура КР возбудила 34 уголовных дел по факту применения пыток, а за семь месяцев текущего года возбуждено точно такое количество уголовных дел.

На эту острую проблему свое внимание обратила глава государства Роза Отунбаева, которая отметила, что нужно принять решительные меры в борьбе против пыток. По данным правозащитников, фактов применения пыток на самом деле гораздо больше, чем фиксируют правоохранительные органы.

Наши эксперты: Джээнбек Алымкулов, старший прокурор следственного управления Генпрокуратуры; Таир Асанов, представитель правозащитного центра «Кылым Шамы» в Оше и Талант Мурзакматов, руководитель отдела внутренней безопасности МВД КР.
Сколько видов пыток существует?

«Азаттык»: Для начала, мы хотим, вам предложить послушать рассказ нашего читателя Кочконбай уулу Бекболота, а затем начать нашу дискуссию.

Кочконбай Бекболот уулу: Я работал на одном предприятии в селе, а там потерялся компьютер. Никто не мог его найти. Спустя месяц ко мне домой пришли сотрудники милиции, забрали с собой и сразу в машине стали меня избивать. Привезли в отделение милиции в Новопавловке, продолжая избивать, чтобы я вину взял на себя. Один из них стал бить меня палкой по почкам, пяткам и голове. Когда я написал заявление об этих фактах, их родители стали приходить ко мне и предлагать деньги, а зачем они мне?! Я пролежал полтора месяца в больнице. Сейчас у меня постоянно болит голова и из носа все время течет кровь. Когда обратился в судмедэкпертизу, чтобы зафиксировать побои, то оказалось, что это круговая порука. Они все связаны между собой, поэтому отказались зафиксировать побои. И, в прокуратуре мне все время говорят, как ты надоел нам, когда заявление свое заберешь.

«Азаттык»: Ну, вот вы сами стали свидетелями того, как наша милиция добывает показания. Насколько нам известно, есть различные виды пыток. Такие как надевание на голову пластикового пакета; опускание головы в воду, а также применение электрического шока, не считая других различных психологических и физических пыток. Какие виды пыток вы знаете?

Асанов: Пытки стали обычным явлением в Кыргызстане, что уже никого особо не удивляет. Когда президент была в Оше, мы рассказали ей о таких фактах. Мы ведем постоянный мониторинг задержанных лиц. Расспрашиваем их. При каждой встрече они открыто говорят о различных видах пыток, которые применяют по их отношению. Есть разные виды пыток. Например, избиение резиновой дубинкой, надевание на голову пластикового пакета, чтобы человек потерял сознание. Электрошокер активно применяется. Большинство опрошенных граждан постоянно говорят о таких фактах.

«Азаттык»: Интересно послушать мнение представителя Генпрокуратуры…

Алымкулов: В ходе следственных мероприятий пострадавшая сторона рассказывает обо всех случаях пыток, если таковые имели место. Мы ищем доказательства таким действиям напрямую из показаний пострадавшей стороны. У нас есть факты, когда сотрудники милиции, используя свое психологическое превосходство, подвергают задержанных пыткам: избивают, надевают на голову пластиковый пакет.

«Азаттык»: По утверждению правозащитников, в 80-ти процентах фактах пыток замешаны сотрудники милиции. Что вы скажете на этот счет? Только ли пытками можно раскрыть преступление?

Мурзакматов: Сейчас очень много поступает таких жалоб на сотрудников милиции. За эти полгода к нам поступило 195 заявлений от граждан, в которых они жалуются на применение пыток. Из них 66 случаев не получили подтверждения, а 102 направлены в следственные органы, чтобы дать юридическую оценку этим случаям. По восьми случаям возбуждены уголовные дела. Как сообщает наш информационный центр, по фактам пыток возбуждены три уголовных дела.

Количество пыток растет

«Азаттык»: В прошлом году Генпрокуратура за весь 2010 год возбудила 34 уголовных дела по факту пыток, и столько же зафиксировано за эти неполные семь месяцев. О чем говорят эти цифры? Или у нас раскрываемость таких фактов увеличилась, или наоборот число пыток увеличилось?

Алымкулов: В течение этого периода было возбуждено еще одно дело. Таким образом, на сегодня их число равно 35. Неправильно думать, что увеличилось количество пыток или же наоборот стало меньше. На самом деле в обществе идут естественные изменения, и они отражаются на динамике роста уголовных преступлений. Поэтому довести такие дела до суда – отдельный вопрос.

«Азаттык»: Правозащитники говорят, что ежегодно поступают 3 000 заявлений о пытках. В то же самое время, омбудсмен говорит, что Генпрокуратура возбудила в прошлом году только 97 уголовных дел по факты пыток. Из них только один (!) человек был привлечен к ответственности. В чем причина такого дисбаланса? Получается, что реальная картина совершенно другая.

Асанов: Как правило, такие случаи очень сложно расследовать и доказать. Большинство задержанных подвергаются пыткам, начиная с момента их задержания во временных изоляторах. Многие боятся писать заявление, находясь там, потому что за это их могут подвергнуть еще более изощренным пыткам. Большинство людей, подвергшихся пыткам, говорят о них спустя десять дней, когда фактически не остается следов от пыток. Есть две основные причины такого явления как пытки. Во-первых, то, что качество работы милиционеров напрямую связано с количественными показателями раскрываемости преступлений. Они за такую работу получают премии, поднимаются по карьерной лестнице. Во-вторых, это крайне низкий профессиональный уровень работников следственных отделов органов внутренних дел. Они фактически не владеют профессиональными навыками раскрытия преступлений.

“Азаттык”: Вы согласны с обвинениями, что применение пыток идет от непрофессинализма сотрудников милиции?

Мурзакматов: Я в корне не согласен с утверждениями Асанова. Наши сотрудники раскрывают тяжелые преступления. Если бы они не были профессионалами, вряд ли такое было возможно. Хочу отметить, что мы уделяем пристальное внимание всем поступающим жалобам, изучаем их и даем ответы. Вся информация моментально появляется на нашем сайте в Интернете. Мы старамеся своевременно реагировать на такие факты.

“Азаттык”: Сколько сотрудников милиции были уволены с работы за применение пыток? Могут ли они потом восстановится на работе в силовых структурах?

Мурзакматов: Отмечу последний случай. К уголовной ответственности привлечены четыре сотрудника Базар-Коргонского РОВД по факту применения пыток.

Асанов: Эти четыре сотрудника Базар-Коргонского РОВД, причастные к избиению Калмурзаева Усманжана, не арестованы, а временно выпущены на свободу под домашний арест. Двое из них вообще на свободе.

“Азаттык”: В городском СИЗО Оша умер 63-летний этнический узбек Маматазиз Бузуруков. По данным правозащитной организации “Справедливость” его смерть наступила в результате пыток. Об этом сообщил и омбудсмен Кыргызстана. Такой же случай произошел в соседней области, где также из-за пыток умер гражданин России, уроженец Кыргызстана. В связи с этим возникает вопрос: нет ли давления на представителей только одной этнической общины?
Мурзакматов: Сейчас у нас на рассмотрении ряд уголовных дел по прошлогодним событиям в Оше и Джалал-Абаде. Ведется определенная работа.


Алымкулов: В органах прокуратуры уделяют пристальное внимание таким делам, где присутствует национальный вопрос. Заместитель генпрокурора лично курирует подобные дела.

Президентский указ не в счет?

“Азаттык”: Во время последнего рабочего визита в Ош президент КР Роза Отунбаева, опираясь на приказ Генпрокуратуры, сказала, что прокуроры в регионах должны начинать свой рабочий день с обхода СИЗО и тюрем. Как обстоит дело с этой инициативой?

Алымкулов: В распоряжении Генпрокуратуры от 12 апреля 2011 года в целях предупреждения пыток и борьбы с ними, даны прямые указания, чтобы проводить мониторинг СИЗО каждые 10 дней. Работники прокуратуры проводят постоянный мониторинг, беседуют с задержанными и заключенными, распрашивая их об здоровье.

“Азаттык”: Как вы думаете, все эти семинары, тренинги и другие мероприятия, организованные международными организациями, как-то влияют положительно на эту проблему? Станет ли меньше фактов применения пыток или ничего не изменится?

Асанов: Думаю, что такая помощь и поддержка будут иметь свои положительные плоды. Вообще, надо чаще проводить такого рода тренинги для сотрудников милиции и прокуратуры.

“Азаттык”: Правозащитники отмечают, что большинство фактов пыток зафиксированы в СИЗО МВД и ГКНБ. К сожалению, есть заметный рост таких фактов. Какие меры нужно принять, чтобы решительно бороться с таким явлением?

Мурзакматов: Сейчас во всех министерствах работают общественные наблюдательные советы, которые могут осуществлять общественный контроль над деятельностью государственных структур. Вот если бы у них еще был свободный доступ в СИЗО, тогда бы, наверное, многое прояснилось бы.

Асанов: Мы все должны осознать, что на дворе XXI век. Мы должны ценить человеческую жизнь и его достоинство. Количество пыток увеличивается от безнаказанности и безответственности. В 2003 году ввели изменения в действующее законодательство за применение пыток. Но с тех пор мало кто из сотрудников силовых структур привлекался к ответственности за совершение таких преступлений.

АI

Смотреть комментарии (1)

Не допускаются комментарии, унижающие честь и достоинство личности, элементы разжигания розни, угрозы и нецензурную брань. Просьба следовать правилам форума.
"Форум закрыт, дискуссию можно продолжить на официальной странице "Азаттыка" в Facebook (Azattyk Media).

XS
SM
MD
LG