12 марта, еще до первых случаев COVID-19 в Кыргызстане, для минздрава был открыт спецсчет, на который добровольцы могут перечислить деньги. Как только в Кыргызстане появились первые случаи коронавируса, минфин создал сайт help.covid.kg, через который можно перечислить пожертвования на три счета: минздрава, мэрии Бишкека и минтруда.
Мы выгрузили и проанализировали поступления и распределения денег со спецсчета минздрава — именно там больше всего пожертвований. На 19 июня там было собрано более 138 миллионов сомов, из которых 128 миллионов уже потрачено. Для сравнения, это одна пятая всех заработных плат выданных минздравом в 2019 году.
Минздрав утверждает, что эти пожертвования расходуются на дополнительные компенсации медикам, которые были привлечены к работам в условиях пандемии. Хотя на последнем заседании комиссии по распределению пожертвований все таки решили 4 миллиона из этих денег потратить на СИЗы.
По словам их специалистов, все медработники получают надбавки безналичным расчетом на банковскую карту. Однако на самом сайте указаны четыре категории получателей:- Физические лица: по идее, медработники, но это не точно.
- От минздрава минздраву: мы ниже попытаемся разобраться, что это значит.
- Медицинские учреждения: составляют списки на выплаты сами и подают в минздрав.
- Банки: почти 1,3 миллиона сомов. Минздрав говорит, это для того, чтобы ускорить денежные переводы медикам.
В итоге, по этим данным невозможно отследить, куда ушли деньги. Большинство средств идет не напрямую медикам, а через посредников, и следы в итоге теряются. Даже переводы для физических лиц проверить нельзя, потому что это анонимные получатели. Ниже — подробнее обо всем, а также варианты, как можно было бы сделать.
По нашим предположениям, схема перевода денег выглядит так. Серым цветом обозначены предполагаемые получатели, но проверить это нельзя. График: Айзада Тома
Часть первая. Откуда деньги?
Всего добровольцы перечислили на спецсчет более 138 млн сомов. Большая часть поступила от частных лиц и бизнеса — 98 млн сомов. Три самых больших перевода от частного бизнеса были по 10 млн сомов: от фонда Матраимовых «Исмаил Ата», владельца «Золотого Дракона» Сан Александра и общественного фонда «Жашоо Булагы» — это почти треть всех благотворительных переводов.
Остальная часть пожертвований — это бюджетные организации: почти 700 госучреждений перевели свыше 40 миллион сомов.
Что мы заметили: Все эти 40 миллионов сомов были перечислены из зарплат сотрудников бюджетных организаций. Чаще всего такие переводы помечались как «однодневная зарплата для реализации мероприятий по борьбе с коронавирусом», но в некоторых случаях на самом сайте help.covid.kg написано «удержание однодневной зарплаты».
Около десяти пресс-секретарей госведомств, которых мы обзвонили, подтвердили нам, что люди добровольно соглашались отдать свою дневную зарплату.
В СМИ же появлялась информация, что людей к этому принуждали.
Например, сотрудник одного из ВУЗов только в разговоре с нами узнал, что жертвовал свою однодневную зарплату для борьбы с коронавирусом. Из-за карантина он не знал об этом, хотя работодатель обязан письменно уведомлять работника об удержании из зарплаты.
Часть вторая. Кто такие физические лица?
Начиная с 8 апреля минздрав начал расходовать добровольные взносы, и первые перечисления были адресные — с указанием конкретного ФИО получателя. Но уже в середине апреля имена получателей скрыли, оставив лишь описание — «физическое лицо». Это объяснили защитой персональной информации.
«После юридического заключения все данные о лицах закрыли. Нельзя без разрешения публиковать сведения человека о его финансах», — заявили в пресс-службе Госкомитета информации и связи.
Так выглядела вкладка с расходами минздрава на сайте help.covid.kg 10 апреля
Что мы заметили: Закон о защите персональной информации почему-то не распространяется на людей, которые жертвовали деньги. Их имена отображаются в списке, и они так и не стали «физическими лицами».
Мы попросили прокомментировать наш анализ Куаныша Онолбаева, директора фонда Zertteu Research Institute, который мониторит расход госсредств в Казахстане. Что касается публикации персональных данных получателей, то одним из вариантов он видит публикацию должностей медработников и их табельных номеров вместо фамилий.
«Они только выборочно закрыли информацию, которую им, грубо говоря, не очень хочется раскрывать. В той части, где для них не очень выгодно — они закрыли, а где их не касается — они так и оставили информацию: какой-то двойной стандарт получается. Если они публикуют это [имена благотворителей], тогда они должны публиковать и получателей, в таком случае», — комментирует Куаныш Онолбаев.
Такие «физические лица» получили свыше 10 миллионов сомов. В минздраве нам сказали, что все они — медицинские работники, но после того, как их имена скрыли, больше нет возможности проверить это.
Что еще мы заметили: Мы проверили размеры выплат и заметили, что чаще всего перечисляли суммы до 10 тысяч сомов. А в среднем, каждый платеж составил 3000 сомов.
Мы намеренно используем слово «выплаты», потому что в теории это могут оказаться одни и те же люди, которые получали компенсации, например, по два раза. Но проверить это мы не можем, потому что они теперь «физические лица» и совершенно непонятно, действительно ли за ними скрываются медработники ¯\_(ツ)_/¯
Часть третья. Зачем минздрав перечисляет деньги сам себе?
Что мы нашли: 27,5 миллионов сомов или пятая часть от всех потраченных пожертвований были перечислены на имя получателя «Министерство здравоохранения» в течение апреля и мая. В июне минздрав прекратил это делать.
Как это объясняет минздрав: В минздраве нам не смогли внятно объяснить это, но подтвердили, что эти выплаты только для медработников, хоть они и не указаны конечным получателем.
«Из минздрава деньги идут дальше в банки, именно головные банки, чтобы они потом перечисляли каждому филиалу по отдельности в регионах. Чтобы не заключать договоры с каждым филиалом и не делать на каждого ведомости, мы делали одну ведомость и отдавали в головной банк, чтобы они по своим филиалам раскидывали», — объясняет начальник управления финполитики минздрава Мирлан Атакулов.
Куаныш Онолбаев назвал такой процесс «странным и не совсем понятным».
«Если минздрав дальше перечисляет адресно, пусть они отражают, кому конкретно адресно поступила эта помощь. Чтобы они не писали “минздрав перечислил минздраву”. Чтобы дополнительно сделали отдельную таблицу, где эту сумму отражают и расписывают, кому конкретно эти средства пошли», — говорит Онолбаев.
Депутатка Аида Касымалиева, которая состоит в комиссии по распределению пожертвований, считает систему выплат надбавок непрозрачной. Она была против выплат из пожертвований, а эти деньги просила направить на СИЗы для медиков.
«Я просила подключить Счетную палату, чтобы потом можно было проверить. Если бы это было из бюджета, то мы бы отследили все эти процессы в комитетах, могли бы потом запросить отчет. Они [Счетная палата] сказали — эти деньги не бюджетные, а от народа, и они не имеют права проверять. То есть вопрос точного распределения остается открытым», — комментирует Касымалиева.
Часть четвертая. Каким медучреждениям перечисляют деньги?
Сейчас большая часть потраченных средств — почти 89 млн — приходится именно на медучреждения. Эти деньги они получили за май и неполный июнь.
Сотрудники минздрава рассказали «Клоопу», что поначалу ведомство пыталось перечислять всем медикам выплаты напрямую. Однако позже они поняли, что намного эффективнее децентрализовать это: чтобы учреждения сами составляли списки на выплаты и отправляли в минздрав. С 6 мая минздрав начал перечислять деньги медучреждениям.
Но и на уровне больниц непонятно, как составляются списки и куда дальше уходят деньги. Медработница одного из регионов Кыргызстана сообщила нам, что она недополучила компенсации, а ее жалобы руководство проигнорировало.
«Я работала в казарменном положении. Доплату я недополучила. Также они по приказу пишут, что я находилась на обсервации 14 дней. Обсервация ведь тоже оплачивается, а куда делись эти деньги, выделенные на мое имя? И в эпидфонд он [руководитель] включает только своих людишек. Если честно, наш главврач никуда не выезжал и издавал себе приказы, что выезжал в командировку по поводу COVID-19. Мы не видим, кому сколько начисляют — это все совершенно секретно», — говорит она.
Журналисты «Клоопа» связались с сотрудниками Джалал-Абадской санэпидемстанции и выяснили, что медработники не получили свои надбавки полностью. Они отправляли коллективное письмо в минздрав с просьбой оплатить за дни работы в обсервации, в которой они были, из-за того что у них был выявлен сотрудник с коронавирусом. В ответ минздрав уверил, что они перевели 885 тысяч сомов за апрель всем сотрудникам, которые работали в очагах.
Но медики сказали, что до сих пор не получили деньги за обсервацию в апреле, а за март им выплатили только от 500 до 5 тысяч сомов в виде компенсаций за работу.
Однако главврач Джалал-Абадской санэпидемстанции сказал нам в интервью, что сотрудники его учреждения получили доплаты, а в апреле они не были в обсервации.
Что мы нашли: Разбив все выплаты в медучреждения по регионам, получается, что в июне они продолжают получать примерно столько же, сколько и в мае, хотя эпидемиологическая ситуация меняется. Например, Нарынская область получила чуть больше миллиона, хотя ситуация там самая напряженная, а в июне только ухудшилась.
Как это объясняет минздрав: По словам Мирлана Атакулова, сейчас нет четкого алгоритма того, как ведомство решает, куда и сколько перечислить денег, потому что «определить такой алгоритм или нормативы медики не смогли, в условиях ЧС это сделать практически невозможно».
«Мы не знаем, сколько сейчас выйдет зараженных [в регионах] и поэтому у нас уже по факту, допустим, на каждый регион формируются мобильные бригады и обсервации, по мере необходимости», — говорит он.
Что еще мы нашли: Журналисты «Клоопа» проверили, какие именно медучреждения получают деньги. На первый взгляд все выглядит достаточно логично, ведь больше всего получили санэпиднадзоры, инфекционные и прочие больницы. Но стоматологии, например, получили свыше 2,5 млн сомов.
«Эпидемиологов у нас не хватает, инфекционистов катастрофически не хватает, и поэтому привлекаются все врачи, предварительно их инструктируют, и они выходят. Например, стоматологи в основном были привлечены на санитарно-карантинные посты, они не делали анализов и не работали как эпидемиологи, но проверяли, например, температуру, то есть они помогали», — объясняет Атакулов.
Вывод
Сейчас система не позволяет проверить, действительно ли деньги были отправлены медработникам и получили ли они их.
Куаныш Онолбаев считает, что сайт help.covid.kg — это «хорошее начинание», но нужно публиковать конечных получателей с учетом сохранности их персональных данных. Например, неполный ИНН человека или должность медработника.
«Исполнение, к сожалению, не дает никакого преимущества, не дает делать никаких выводов, и не позволяет в точности удостовериться, что эти деньги действительно поступают в нужные руки, на нужные счета медработников, которые работают в тяжелых условиях. Это обстоятельство подрывает доверие о целевом использовании средств», — говорит Онолбаев.
На сайте help.covid.kg конечный получатель не указан, поэтому мы не можем проверить, отправлялись ли деньги медработникам на самом деле. Есть риск ошибки или коррупции, когда выплаты делаются через больницы или сам минздрав. Даже при денежных переводах напрямую физлицам, нет гарантии, что эти люди — медики.
- Над материалом работали: Азиза Раимбердиева и Саадат Тологонова
- Контрибьютор: Атай Нарынов
- Дата-редакторы: Анастасия Валеева, Айзада Тома