На портале kaktus.media 15 февраля вышло интервью, где Юлия Барабина объяснила причины этого шага:
‒ Можно сказать, меня выдавили из Кыргызстана. Безосновательный обыск, слежка, прослушка, допросы без допуска адвокатов. Если вначале у меня была еще слабая надежда, что контора ошиблась и разберется, то она очень быстро испарилась…
В этой беседе блогер также рассказала о работе над пабликом в «Фейсбуке» «Правдоруб.кг», где она выступает администратором, и заверила, что данный аккаунт «никогда не был рупором определенной партии или политика».
Напомним, 3 февраля Юлия Барабина была вызвана на допрос в ГКНБ. Туда же были приглашены работавшие в избирательном штабе Абдиля Сегизбаева медийщики Мээрим Асанова, Кутман Мукашев и Нурзада Токтогулова. Сообщалось, что их якобы подозревают в распространении провокационных материалов в «Фейсбуке».
В самом ГКНБ комментарии по этому поводу не предоставили. Но позже журналисты рассказали, что они проходят по делу, зарегистрированному по статье 313 («Возбуждение расовой, этнической, национальной, религиозной или межрегиональной вражды (розни)») Уголовного кодекса КР.
Мээрим Асанова.
«С Юлией Барабиной я не знакома. Каким образом ее связывают с Абдилем Сегизбаевым, я не знаю. Я была на допросе один раз. Кроме того, 3 февраля в нашем доме провели обыск: забрали все ноутбуки и телефоны. Технику нам пока не вернули», – рассказала работавшая пресс-секретарем Абдиля Сегизбаева Мээрим Асанова.
«Институт Медиа Полиси» назвал это уголовное дело «как надуманное, и имеющее целью преследование людей за то, что они работали на оппонента действующей власти, иначе говоря, за инакомыслие». В организации призвали провести «объективное и всестороннее исследование материалов дела» и в случае отсутствия признаков возбуждения вражды, по их мнению, «досудебное производство должно быть немедленно прекращено».
Your browser doesn’t support HTML5
В Кыргызстане допрашивают оппозиционерок. Чего хотят силовики?
Вот что говорит юрист Нурбек Сыдыков:
‒ Юлия Барабина сообщила: «Главные претензии силовиков ко мне возникли на основе чужих комментариев под статьями и в одноименной группе страницы». Другими словами, она позволила публикацию мнения какого-то человека. В таком случае необходимо было найти того, кто написал это, и установить, как он связан с блогершей. И пока не будет каких-то доказательств по этому поводу, обвинять журналистов нельзя. И проведение следственных действий в их отношении тоже вызывает вопросы.
Высказался по этому поводу и гражданский активист Адиль Турдукулов:
‒ Такие как Юлия Барабина блогеры в период, когда Абдиль Сегизбаев возглавлял ГКНБ, управляли его «фабрикой троллей». Мы были свидетелями того, какими ругательствами они поливали представителей оппозиции. Я и сам такому подвергся. Но преследование в их отношении я не поддерживаю. Несмотря на то, что в стране сменилась власть, методы ГКНБ остались прежними, и они продолжают заниматься делами политического характера.
Согласен с ним и политик Кубанычбек Кадыров:
Кубанычбек Кадыров.
‒ Кыргызстан окрестили «островком демократии» среди постсоветских стран. И если мы хотим развития, то должны продолжать двигаться по пути демократии, не зажимая свободу слова. После того, как побывал в заключении, я понял ее значимость. Но ради справедливости должен сказать, что пока не слышал о том, чтобы нынешняя власть преследовала кого-то из журналистов.
Юлия Барабина стала первой после октябрьских событий 2020 года, кто публично заявил о своем вынужденном бегстве из страны в связи с преследованиями.
Самого Абдиля Сегизбаева, напомним, задержали 25 января и заключили под стражу в СИЗО ГКНБ до 25 марта. В Военной прокуратуре сообщили, что он проходит по делу, возбужденному по статье 320 («Злоупотребление должностным положением») УК КР. Касается оно скандала Белизгейт, который разразился в ноябре 2016 года.
По теме: Белизгейт: дело, приведшее к задержанию Абдиля СегизбаеваПозже в Генпрокуратуре сообщили, что в его отношении расследуется в общей сложности шесть уголовных дел: первое связано с Белизгейтом, второе касается выделения 3-комнатной квартиры прапорщику в доме для сотрудников ГКНБ, третье – награждения трех сотрудников именным оружием. Еще два дела относятся к разбирательствам вокруг участков в селе Таш-Мойнок Аламудунского района и вопроса заграничных командировок отдельных руководителей ГКНБ в 2017 году за счет госбюджета. А вот по шестому делу следствие, как выяснилось, засекречено.
В рамках расследования одного из этих дел оказалась задержана ответственный секретарь Таш-Мойнокского айыл окмоту Жылдыз Чодобаева, которую подозревают в коррупции. 15 февраля ее близкие провели у Дома правительства в Бишкеке пикет с требованием выпустить ее из СИЗО ГКНБ под домашний арест. «У моей дочери 4 детей, все маленькие, самый младший – еще грудничок, ему всего 2 года. Мы просим ее отпустить под домашний арест, но из властей никто к нам не вышел», ‒ рассказал ее отец Токтогул Чодобаев.
16 февраля с просьбой изменить задержанной меру пресечения на несвязанную с содержанием под стражей к председателю Бишкекского городского суда обратился омбудсмен Токон Мамытов. Также он попросил военного прокурора подать аналогичное ходатайство при рассмотрении апелляционной жалобы подозреваемой.
В 2016-2018 годы занимавший должность главы ГКНБ Абдиль Сегизбаев участвовал в президентских выборах 10 января и получил 1,46% голосов избирателей, пришедших на участки. На дебатах в эфире ОТРК в ходе предвыборной кампании, он высказывал острую критику в адрес другого кандидата – Садыра Жапарова.
Депутат Жогорку Кенеша Ирина Карамушкина, выступая в парламенте 4 февраля, назвала дела в отношении Абдиля Сегизбаев политическим преследованием. На что представитель президента в парламенте Анарбек Калматов заявил, что в Кыргызстане, по его мнению, нет политических гонений, а «если кто-то и сидит в заключении, значит, по закону, ведь для этого есть надзорные органы». Он также добавил, что Садыр Жапаров сразу после инаугурации собрал сотрудников аппарата президента, а также членов правительства и призвал всех работать честно, не повторяя ошибок прежних властей.
NO
Перевод с кыргызского. Оригинал статьи здесь.