Президент России Владимир Путин поручил Центробанку и правительству во взаимодействии с центральными банками стран — участников Евразийского экономического союза (ЕАЭС) до 1 сентября проработать вопрос о возможности создания валютного союза в ЕАЭС. Вчерашнее это официальное сообщение Кремля вызвало отдельные спекуляции в местной прессе, что речь может идти о досрочном введении единой денежной единицы в ЕАЭС.
С российской стороны предложения о единой валюте в рамках ЕАЭС звучали неоднократно на самых разных уровнях. До прошлогодней девальвации рубля Владимир Путин и сам не раз говорил, что российская валюта претендует на роль если не международной резервной, то региональной денежной единицы. Что касается первоначальных планов по формированию единого финансового рынка в Евразийском экономическом союзе, то до него еще остается без малого десять лет – речь официально шла о рубеже 2025 года.
Встреча президентов Казахстана, России и Беларуси, которую планировалось провести в Астане на этой неделе, теперь перенесена. Изначально переговоры Владимира Путина, Нурсултана Назарбаева и Александра Лукашенко планировались на 12 марта. Теперь принято решение перенести встречу на несколько дней.
В сообщении на официальном сайте президента Казахстана говорится, что в ходе предстоящей трехсторонней встречи президенты планируют рассмотреть вопросы взаимной торговли и экономического взаимодействия, а также обсудить кризис в Украине.
Эксперты, опрошенные Азаттыком, говорят, что они удивлены таким развитием событий.
Андрей Чеботарев, политолог: В прошлом году казахстанской стороной было четко заявлено, что никакой речи о создании единой наднациональной валюты нет. Это вопрос отдаленной перспективы, если он вообще возможен. Теперь мы видим, что его опять обсуждают, по крайней мере, на уровне России. Но общий финансовый механизм на территории Евразийского экономического союза запланировано создать только в 2025 году. И сейчас эту тему обсуждать преждевременно.
Купюра номиналом в 10 тысяч тенге.
Но, видимо, есть такая актуальность (единого валютного рынка) для того, чтобы оторваться от влияния доллара. И Россия в свете санкций к этому стремится, и Казахстан с учетом заявленной программы дедолларизации экономики. Другое дело, что речь должна идти, на мой взгляд, об укреплении национальных валют, а не о создании какой-то наднациональной денежной единицы.
Понятно, что само по себе это политическое заявление. И потом, скоро в Астане соберутся главы Беларуси, Казахстана и России в рамках трехсторонней встречи. И поэтому, видимо, Путину нужно задать определенный формат для предстоящей дискуссии.
Александр Класковский, политический обозреватель (Беларусь): Этот нынешний жест Владимира Путина вроде бы достаточно конкретно выглядит как движение в направлении единой валюты, однако я думаю, что сейчас крайне неблагоприятная для этого ситуация.
Белорусский официальный лидер всякий раз, когда речь заходила о единой валюте в рамках евразийского проекта, высказывался в том духе, что не стоит гнать лошадей и перескакивать через этапы. Тут понятны все опасения. Ведь и в Казахстане нет большого энтузиазма к перспективам единой валюты, как и в целом к делегированию сильных функций на наднациональный уровень. Потому что единая валюта — это политика. И Нурсултан Назарбаев, и Александр Лукашенко подчеркивают, что мы хотим строить экономический союз, а не воссоздавать СССР-2.
Девушка показывает на презентации новую купюру номиналом в 200 тысяч белорусских рублей. Минск, 12 марта 2012 года.
Тут можно вспомнить еще историю отношений в рамках «двойки» — Союзного государства [России и Беларуси], когда ребром был поставлен вопрос о единой валюте и даже были прописаны этапы. По-моему, в 2005 году было предусмотрено создание единой союзной валюты. А когда дошло до дела, то белорусский официальный лидер, как говорят в народе, «упёрся рогом». Он откровенно высказывался: «Я не буду ездить за зарплатой в Кремль». Поэтому опасения понятны, что вместе с валютой и большую часть властных полномочий придется отдать в центр, то есть фактически Москве. И конечно, тут нет особой заинтересованности, особенно в свете событий последнего года, после Крыма. Усилились фобии в отношении внешней политики России, что за этим могут скрываться великодержавные интересы России.
Если даже чисто экономический брать аспект, то в очень неудачное время стартовал сам ЕАЭС. Падает взаимная торговля, падает экономический потенциал России, она так прочно уже вошла в рецессию, а впереди может быть и похуже ситуация. Поэтому, если резюмировать, вряд ли эта перспектива единой валюты будет подхвачена в Астане и в Минске.
Магбат Спанов, экономист: Нельзя монетарную политику в Евразийском экономическом союзе ставить впереди самого рынка. Здесь со стороны России такое «забегание» вперед. Россия просто хочет
Россия просто хочет обезопасить себя, перестраховаться, найти дополнительные финансовые ресурсы.
обезопасить себя, перестраховаться, найти дополнительные финансовые ресурсы. Вопрос же стал, что после 2025 года будет единый валютный рынок, а для этого, я считаю, союз должен хотя бы два-три года поработать, чтобы дать оценку тем экономическим, политическим и социальным процессам, которые будут происходить на евразийском пространстве в результате интеграции. Россия сейчас ускоряется только потому, что ситуация в ее экономике не очень благоприятная.
Это закон «сильнейшего», и удивляться тут не надо. Конечно, всё обставляется не так. Пока Россия только начинает работу над единой валютой, будут комиссии, рабочие группы, сценарии и варианты просчитываются. Тут уже всё зависит от политической воли наших руководителей. Если они согласятся на единую валюту, то будет дана команда. Если не согласятся, то всё останется по-прежнему. На данном этапе единая валюта Казахстану ничего хорошего не сулит.
Казахская служба РСЕ/РС.