Ссылки для упрощенного доступа

19 Декабрь 2017, Бишкекское время 04:25

Сразу в трех московских судах проходят рассмотрения дел в отношении российских оппозиционеров

На 24 апреля сразу в трех московских судах назначены рассмотрения дел в отношении российских оппозиционеров. На скамье подсудимых братья Алексей и Олег Навальные, несколько обвиняемых по еще одному эпизоду "Болотного дела", гражданский активист Сергей Мохнаткин и уже осужденый по тому же "Болотного дела" Константин Лебедев.

Замоскворецкий суд проведет предварительное, закрытое для прессы и публики, слушание по делу братьев Алексея и Олега Навальных. Их обвиняют в хищении более 26 миллионов рублей у компании "Ив Роше Восток" и более 4 млн рублей у компании "Многопрофильная процессинговая компания". Оба вину отрицают и считают дело сфабрикованным.

Следом в том же Замоскворецком суде начнется заседание по еще одному эпизоду "Болотного дела". На скамье подсудимых четыре человека – Алексей Гаскаров, Илья Гущин, Александр Марголин и Елена Кохтарева. Их обвиняют в участии в массовых беспорядках и в применении насилия по отношению к полицейским. Это будет первое заседание по существу дела. Как ожидается, представители прокуратуры зачитают обвинительное заключение.
Марш в поддержку политзаключенных в ферале 2014 года в Москве
Марш в поддержку политзаключенных в ферале 2014 года в Москве
Параллельно с этим делом Тверской суд Москвы начнет рассматривать по существу дело в отношении гражданского активиста Сергея Мохнаткина. Его задержали 31 декабря 2013 года во время традиционной акции на Триумфальной площади в защиту 31-ой статьи Конституции. Мохнаткину, как и 4 года назад при аналогичных обстоятельствах, предъявили обвинения в применении насилия по отношению к полиции. Вину активист не признает и считает дело сфальсифицированным. Он намерен защищать себя в суде самостоятельно – от услуг адвокатов Мохнаткин отказался.

Помимо этих трех дел Лефортовский суд Москвы 24 апреля в третий раз попробует рассмотреть ходатайство об условно-досрочном освобождении Константина Лебедева, еще одного фигуранта "Болотного дела". Он признался в организации беспорядков 6 мая 2012 года на Болотной площади и был приговорен к двум с половиной годам колонии. Так как половину срока Лебедев уже отсидел, он получил возможность обратиться в суд с ходатайством об УДО, но суд дважды откладывал рассмотрение, поскольку не были оповещены потерпевшие.
Владимир Акименков
Владимир Акименков
Подробнее об эти делах и о перспективах российской оппозиции в интервью Радио Свобода рассуждает Владимир Акименков, бывший фигурант "Болотного дела", амнистированный в декабре прошлого года.

– На 24 апреля назначено сразу четыре суда, скорее всего это совпадение, что они оказались в один день, но складывается такое ощущение, что давление на российскую оппозицию усиливается. У Вас есть такое ощущение?

– У меня такое ощущение появилось еще во время событий на Майдане, зимой этого года. Я тогда еще говорил, что власть будет проводить репрессии против оппозиции, против гражданского общества, против людей, которые возвышают свой голос, которые имеют активную гражданскую и жизненную позицию. Во время самой Олимпиады власти уже начали проводить репрессии. Был заменен
То, что мы увидели в последние недели, это лишь небольшая часть. Дальше власть будет стремиться запрещать все и вся.
условный срок на реальный Евгению Витишко, были вынесены обвинительные приговоры с реальными сроками анархистам Алексею Расходчикову и Денису Алешкину, были осуждены ребята-"болотники". Весной ожидается целый ряд политически мотивированных процессов – от дела "Ив Роше" братьев Навальных до рассмотрения дела Ивана Белоусова. Дальше будет расти число уголовных дел против политических, профсоюзных активистов, экологов, против блогеров и, соответственно, увеличиваться число различных запретительных инициатив. То, что мы увидели в последние недели, это лишь небольшая часть. Дальше власть будет стремиться запрещать все и вся.

– Если говорить о ситуации Алексея Навального. После дела "Кировлеса" было ощущение, что решено пока его не сажать: был приговор, потом довольно неожиданное освобождение из СИЗО, затем условный срок. Сейчас давление стало снова усиливаться: домашний арест, нелепое дело о клевете, начинается разбирательство по делу "Ив роше". Как вы считаете, сейчас в случае с Навальным власть пойдет до конца?
Уныние, безверие, трусость и апатия сыграли злую шутку с гражданским обществом.
– Я предполагаю, что и Алексей Навальный, и другая не менее медийная фигура российской оппозиции Сергей Удальцов достаточно скоро, к сожалению, окажутся в СИЗО, а впоследствии и в колонии. По совокупности статей и приговоров им могут дать не один год реального лишения свободы. Игра власти с Навальным лежит в русле исторической византийской традиции российской государственности. Сначала его показательно допустили до выборов в мэры, позволили занять второе место, "украли" всего несколько процентов голосов. Затем стало усиливаться давление на него и его коллег. Помещение Навального в СИЗО может произойти довольно скоро. Приговор по "делу о клевете" может изменить меру пресечения Навального с домашнего ареста на СИЗО в рамках дела "Ив Роше".

– Почему сейчас власть взялась серьезно за Навального?

– Потому что гражданское общество ослабело. Люди ушли в значительной степени с улиц. Многие люди разуверились в своих силах. Люди, вышедшие в свое время на крупные митинги, не до конца осознавали, кто они, чего хотят, за что борются, чьи интересы представляют. Уныние, безверие, трусость и апатия сыграли злую шутку с гражданским обществом. Поэтому мы имеем показательные процессы, запретительные инициативы, всяческие ограничения, фактически отбирание социальных, гражданских, политических прав у российских граждан.

– К продолжению "Болотного дела" сейчас, очевидно, приковано меньше внимания гражданского общества. Некоторые политологи высказывали мнение о том, что из-за этого тем четверым, которые сейчас на скамье подсудимых, могут быть назначены менее серьезные сроки, чем на предыдущем процессе. На ваш взгляд, так ли это? Чего ждать от второго "Болотного процесса"?

– С одной стороны, власть может посчитать, что реальными сроками для первой волны "болотников" она достигла своей цели – испугала гражданское общество, – и дать второй волне "болотных" манифестантов сроки меньшие. С другой стороны, мы все более явственно видим курс на ужесточение политики. Возможно, второй волне "болотников" достанется даже больше. В любом случае, и за этих ребят, и за всех политизаключенных нужно вести борьбу.
...нужно поверить в свои силы, нужно объединять усилия, потому что на месте тех же узников 6 мая или Алексея Навального может оказаться любой манифестант, коммерсант, вообще любой человек с активной жизненной позицией.
Обязательно нужно приходить на суды. Я ожидаю, что на открытии "процесса четырех" будет много народу, а может и не придут, потому что на процесс по Удальцову и Развозжаеву ходит постыдно малое количество людей. Мне, честно говоря, стыдно перед Сергеем и Леонидом, вне зависимости от того, кто в какой партии состоит, кто каких мировоззрений придерживается. Нужно поддерживать морально, помогать материально, вести борьбу за тех, кто сидит за нас с вами. Гособвинитель запросил чудовищный двузначный срок – 10,5 лет колонии строго режима для публициста Бориса Стомахина, который писал вещи, с которыми могут не согласиться очень многие. Но такой срок - следствие того, что к делу Сомахина было привлечено гораздо меньше внимания, чем к другим делам. В то время как резонанс вокруг первого "болотного" процесса позволил не допустить столь чудовищных сроков. Хотя, с другой стороны, ребята были признаны, к сожалению, виновными и получили реальные сроки лишения свободы.

– Вы начали говорить о деле Сергея Удальцова и Леонида Развозжаева. Еще один фигурант этого дела Константин Лебедев с третьей попытки пытается получить УДО, но рассмотрение этого ходатайства уже два раза откладывали. Ходят такие версии, что якобы следствие не очень довольно тем, какие показания он давал в суде по делу Удальцова и Развозжаева.

– Неизвестно. Я не общался последние полтора года ни с Лебедевым, ни с лицами, допрашивающими его. Я не стану гадать, но я не удивлюсь, если Лебедева на какое-то еще время оставят в СИЗО. Возможно, будут проводить дополнительные опросы, допросы его, в том числе и на суде.

– Вы отметили, что гражданское общество довольно пассивно.

– Да, люди не верят в собственные силы, а слабость и рыхлость влечет за собой давление со стороны государства. К сожалению, для людей является доблестью даже выйти на согласованный марш и беспримерным альтруизмом перечислить пару тысяч на политических заключенных.

– Какой вы видите из этого выход?

– Борьба за узников идет годами, и ведут ее неравнодушные люди, в том числе и те, кто прошел политическую тюрьму сам. Тем или иным способом нужно поверить в свои силы, нужно объединять усилия, потому что на месте тех же узников 6 мая или Алексея Навального может оказаться любой манифестант, коммерсант, вообще любой человек с активной жизненной позицией.

Русская служба РСЕ/РС

Мультимедиа

XS
SM
MD
LG