Ссылки для упрощенного доступа

23 Июнь 2017, Бишкекское время 00:30

Масадыков о новой силе, готовой участвовать в президентских выборах


Таалатбек Масадыков.

Эксперт по внешней политике и региональной безопасности, экс-международный чиновник ООН Таалатбек Масадыков в интервью “Азаттыку” поделился своим мнением об угрозах нацбезопасности Кыргызстана – внутреннем и внешнем факторе, о государственной системе и предстоящих выборах президента.

О биографии

“Азаттык”: В СМИ вы выступаете не часто. Как сами говорили, вы даже пытаетесь избежать внимания прессы. Все-таки какие-то статьи, заметки о вас публикуются, ваша личность даже обросла какими-то мифами. Могли бы вы рассказать о себе, о карьере на международном уровне? Мы знаем, что вы работали в ООН, занимались вопросами безопасности, переговорами в Афганистане...

Масадыков: Мифы, конечно, это интересно. Я вернулся после долгих-долгих лет, и, вы знаете, мифы везде. Человек не успел ничего сделать, но обрастает мифами. Наверное, народ привык жить мифами. Реальных вещей оказалось мало.

Что касается себя, я родился и вырос в Бишкеке, закончил школу, уехал в Москву учиться, закончил Институт международных отношений. Потом служил в Советской армии, как это подобало всем гражданам Советского Союза, два года. Потом уехал в заграничную командировку. Моя трудовая деятельность начиналась с Москвы. Вернулся из заграничной командировки, учился в аспирантуре, защитил кандидатскую диссертацию в Институте стран Азии и Африки при МГУ. Потом Советский Союз распался, и мы все дружно стали гражданами Кыргызстана. С тех пор я - гражданин Кыргызстана.

Пытался, как и все наши сограждане, что-то делать. Поработал немного в Кыргызстане, совсем немного на государственной службе. Тогда только создавался Американский университет, немного поработал там, преподавал. Знания, которые я приобрел, были советского уровня. Хотелось посмотреть, как и какие знания можно приобрести в западном учебном заведении. Поехал в Лондонскую школу экономики и политических наук. Писал докторскую диссертацию, потом меня взяли в ООН. Мы относились к Департаменту политических вопросов ООН. Мне показалось, что я был очень долго в регионе Афганистан-Пакистан-Иран. Последние почти 13 лет там проработал, а в конце 2014 года вернулся сюда.

Что значит эта работа и что значит работа в ООН? Очень интересная работа, организация очень интересная. Там очень много плюсов, есть и минусы, как в любой организации. Но научиться многосторонней дипломатии можно именно там. Начиная как обычный политический офицер, я закончил свою миссию как политический директор специальной политической миссии. На этом посту я занимался разными делами. Мы помогали парламентской деятельности, проводили парламентские и президентские выборы в Афганистане. Мы занимались децентрализацией власти, то есть, укрепляли местные органы власти, занимались реформой Министерства внутренних дел. Занимались переговорным процессом, то есть, политическим урегулированием конфликта в Афганистане и вокруг него, занимались региональным сотрудничеством.

“Азаттык”: Перед интервью вы сказали, что у вас был даже эпизод сотрудничества с “Азаттыком”...

Масадыков: Это был совсем частный случай. Я сегодня только узнал, что уважаемый мною Аким Озгон умер. Мы с ним давно подружились. Это был конец 1980-х годов. Однажды во время частной поездки в Германию со своими друзьями я позвонил ему [Акиму Озгону]. Он пригласил меня, я какое то время у него гостил. Он мне говорит: “Хочешь подзаработать? Можешь на кыргызском языке прочитать текст?”. По моему, я дважды прочитал текст. Он мне заплатил за это. Вот такое знакомство у меня было с вашей организацией.

“Мы сами создаем условия для того, чтобы дестабилизировать страну

“Азаттык”: В источниках в Интернете вас позиционируют как эксперта по региональной безопасности. Какие основные угрозы сейчас существуют для Кыргызстана?

Масадыков: Моя основная специальность – внешняя политика и дипломатия. Уже позже, в результате той деятельности, которую вел в Афганистане, я стал разбираться в этих вопросах. Когда говорят "эксперт", это звучит так, будто данный человек знает все. Разные люди, разные категории называют себя экспертами. Я думаю, надо еще много пройти, чтобы стать действительно хорошим экспертом. Поэтому я скажу, что я среднего уровня эксперт, но что-то пытаемся сделать.

Вы спросили, что у нас происходит внутри страны. Есть два фактора – внутренний и внешний. Внешний фактор (об этом очень много говорили недавно на крупной московской конференции по безопасности) - это процессы, которые происходят в Афганистане и вокруг Афганистана. Этот регион - та же самая большая Центральная Азия и те процессы, которые двигаются в нашем направлении.

Внутренний фактор – это то, что происходит у нас в стране. Когда поднимают эти вопросы, это называют конспирологией, кто-то обвиняет одну сторону во всех грехах, которые творятся в стране. Я считаю, что, в первую очередь, в любой стране надо исходить из себя, посмотреть на то, что мы делаем для того, чтобы у нас была стабильность. На сегодняшний день государство, государственные органы прилагают усилия. Но мне кажется, усилий очень мало. Все эти процессы – вопросы коррупции, понятия государственности... Подавляющее большинство людей не думают об этом или понятия такого не имеют. Сейчас же уровень образованности, профессионализма, опыта очень низкий. Поэтому мы сегодня где-то здесь, находимся на каком-то уровне непонятном. Куда мы движемся, тоже непонятно.

Когда социально-экономические вопросы населения не решаются или решаются очень медленно, совсем маленькое количество вопросов адресуется, а остальные нет, то, естественно, народ живет своей жизнью, люди ищут справедливости. Вот это состояние на сегодняшний день и есть внутренний фактор. Мы сами, собственными руками, создаем благоприятные условия для того, чтобы дестабилизировать нашу страну. Будь это внутренние или внешние игроки.

“Азаттык”: За последние 6-7 лет Кыргызстан сотрясли несколько террористических операций. В 2015 году одна из них завершилась очень печально – были жертвы среди мирного населения. Как человек, работавший в Афганистане, как вы считаете, насколько эффективны силовые методы борьбы с проявлениями экстремизма и терроризма?

Масадыков: Я пожил в той среде, видел. Мне кажется, на сегодняшний день решать вопрос силовым методом нельзя. Мы прошли ту красную черту, и процессы пошли дальше. И даже после развала Советского Союза, когда это все начиналось, государственные структуры упустили это из виду и не занимались этими вопросами. Поэтому у нас непонятно, что происходит.

Религия – очень чувствительный вопрос, к которому нужно подходить очень и очень внимательно. Все религии в мире хороши, ни одна религия не настраивает людей на войну, терроризм и радикальные меры. Но, к великому сожалению, отдельные политические силы, политические деятели, определенные политики или, так скажем, политиканы, начали использовать религию в своих собственных интересах. Зачастую разные религиозные течения, разные подходы становятся механизмом, оружием в руках этих политиков. Прикрываясь религией или лозунгами той или иной религии, они начинают свои идеи и задачи выполнять на местах.

Мы все относимся к ханафитскому толку ислама. Кыргызы были самые миролюбивые, самые терпимые к тому, что происходит вокруг. У нас никогда в умах не было радикальных вещей. Сейчас, как я уже говорил, нерешенные социально-экономические проблемы, отсутствие контроля со стороны государственных структур над тем, что происходит в стране и в отношении разных религиозных течений, которые приезжают сюда, создало такую атмосферу, что никто не знает, кто чем занимается.

Радикальные меры, с чего вы начали... Сейчас это невозможно делать. Нужно подходить комплексно. Чтобы решать эти вопросы, чтобы экстремизма этого не было, люди, которые по ошибке попали в эти радикальные круги, они, наверное, должны вернуться назад. И они, наверное, сами хотят вернуться. Люди, которые попали туда чисто из экономических побуждений, с ними надо разговаривать. То есть, убеждение, переубеждение - это первое. Но есть те, которые совсем вышли из под контроля, тут, наверное, надо применять жесткие меры.

“Азаттык”: Как вы и сказали, в Кыргызстане есть много разных религиозных течений. А в этом году Кыргызстан ожидают президентские выборы. Возможно возникновение какой-либо опасной ситуации, если у руля государства встанет представитель одного из таких течений? Некоторые люди, намеренные стать кандидатами, даже не скрывают своей направленности...

Масадыков: У руля государства может встать любой человек, которого изберет народ. Какие у него религиозные убеждения, это его личное дело. Если он того или иного течения или даже представляет другую религию, но будет работать в интересах государства – это самое главное.

“Азаттык”: А если возникнут идейные разногласия?

Масадыков: Я давно здесь не был. Но, общаясь с ребятами из разных государственных структур, включая силовые блоки, мне кажется, понимания четкого, как работать, какое течение откуда идет, что за этим идет – вот этого понимания в государственных структурах нет. Кто-то думает, что все знает, кто-то заинтересован в привлечении финансовых средств и думает только о сегодняшнем дне. Это очень серьезный и сложный процесс.

Когда течения приходят, они не приходят просто так. Нет добровольцев, которые приходят и начинают это делать. Всегда за этим есть определенные силы, определенные структуры, которые финансируют, они четко знают, чего хотят.

Будущий кандидат?

“Азаттык”: Вернемся к президентским выборам. В некоторых СМИ вас уже называют вероятным кандидатом в президенты. Сами скажите, намерены вы выдвигать свою кандидатуру?

Масадыков: Разговор об этом был достаточно серьезный с моими коллегами, друзьями. Многие из них много лет здесь работали в государственных структурах, опытные ребята. Многие из них учились и работали за рубежом, в разных странах бывшего Советского Союза и дальнего зарубежья. Когда мы увидели всю эту ситуацию, мы хотели понять, что мы можем сделать для нашей страны. Вопрос не стоит о каких-то амбициях первого, второго или третьего лица. Действительно хотели оказать посильную помощь. Ряд из наших друзей и коллег приехали сюда это сделать. Но судя по всему, при такой ситуации наш опыт, наши знания не нужны государственным структурам. Потому что иметь людей образованных сложно, может быть и опасно. Может быть, нельзя вводить в какой-то круг этих людей, потому что они могут нарушить устоявшиеся взаимоотношения в этом кругу. Не знаю, какие причины, но очень много ребят, которые приехали, даже обращались, они с ни с чем остались, никакой работы. Мы же тоже граждане этой страны, как-то же мы должны участвовать в созидательных, позитивных процессах этой страны!

Поэтому идея такая была, она и есть, мы думаем над этим совершенно серьезно. Мы пытаемся объединиться, объединить идеи вокруг и понять наш народ – он готов к этим изменениям или нет? Если наш народ готов к изменениям и использует свои политические права, не будет равнодушно сидеть дома, а выйдет и проголосует за новые веяния, за новых людей, то, естественно, мы готовы и мы примем это решение. Решение еще не принято, но мы намерены совершенно серьезно подумать над этим.

“Азаттык”: Поддерживаете ли вы какие-то контакты с конкретными политическими силами или группами?

Масадыков: Нет.

“Азаттык”: То есть, абсолютно новые люди...

Масадыков: Абсолютно. Я знаком с одним-двумя людьми, они даже лидеры своих партий, но это исключительно частное знакомство. То есть, несколько раз виделись, поговорили. И отношений с политическими партиями у нас нет.

“Азаттык”: Перед крупными политическими событиями в Кыргызстане – выборами парламента или президента – заходит речь о внешнем факторе. Как разбирающийся в вопросах внутренней и международной политики человек, как вы считаете, насколько сильно влияние внешнего фактора на Кыргызстан?

Масадыков: Я думаю, достаточно сильное влияние внешнего фактора есть. Когда просто население, которое не знает процессы, происходящие наверху, говорит, это понятно. Но когда политики говорят эти лозунги, и говорят, что кто-то представитель той или иной страны, они, наверное, кривят душой, потому что они все прекрасно знают. В мире нет большой страны, которая не пыталась бы влиять и сыграть роль во внутренних процессах другой страны, с которой у нее есть определенные контакты. Это всегда было.

Сейчас обвиняют Россию в том, что она повлияла на результаты выборов в Америке. Я не думаю, что это происходило, но я думаю, если это было бы возможно сделать, наверное, любая страна попыталась бы. В нашем регионе мы, к сожалению, самая маленькая страна. Наши соседи крупнее нас и в плане населения, и в плане экономики, ресурсов и территории. Поэтому все страны будут пытаться повлиять, чтобы был нормальный лидер, с которым можно было бы решать вопросы. Это нормально. Если бы так произошло, что наш сосед еще меньше нас, мы однозначно попытались бы влиять. Фактор этот есть, и убрать его невозможно. Он будет всегда работать.

Есть разные понятия. Когда какая либо страна – субъект международного права – приходит и проводит выборы, назначает людей, такие тоже есть примеры в мире. Зачастую, это примеры больших западных государств, когда убирают режимы или назначают кого-то – на парашюте спускают. Такое тоже происходит. К счастью, у нас такого нет.

  • 16x9 Image

    Болот Колбаев

    Выпускник кыргызско-турецкого университета "Манас". Работал в ведущих кыргызстанских информационных агентствах.

    E-mail: bolotbek.kolbaev@gmail.com

    Twitter: @bkolbaev

Ваше мнение

Показать комментарии

XS
SM
MD
LG