Ссылки для упрощенного доступа

18 Декабрь 2017, Бишкекское время 22:49

Младшая дочь репрессированного в 1937-1938 годы одного из видных государственных детей Торекула Айтматова, профессор Роза Айтматова вспоминает события 80-летней давности.

Спустя немного времени после рождения Розы Айтматовой ее отец Торекул Айтмат уулу был задержан по ложным мотивам, а через год расстрелян и погребен в тайной могиле в селе Чон-Таш Чуйской области. Местонахождение этой могилы стало известно лишь спустя 53 года – в 1991 году.

Профессор Роза Айтматова, описавшая в своей книги детство, прошедшее в ожидании отца своей книге "Тарыхтын "ак тактары" ("Белые пятна" истории"), в интервью "Азаттыку" рассказала о некоторых обстоятельствах, связанных с предками, отцом и сталинскими репрессиями.

"Азаттык": В своей книге вы очень реалистично описали образ своего отца, которого не видели, как хранили этот образ всю жизнь, как перезахороняли его после того, как нашли его останки, и прочитавший это человек не останется равнодушным.

В этом году отмечается 80-я годовщина этих репрессий, осталось мало свидетелей того злополучного 1937 года.

Ваша семья жила с этим тяжелым грузом, советская власть лишь через 20 лет признала расстрел вашего отца. Но и после этого давление и гонения не прекратились.

Айтматова: Нигде об этом не объявляли. Нам лишь выдали извещение с грифом "Секретно".

"Азаттык": Вы пишете, что отец вам снился. Но его арестовали сразу после вашего рождения, и вы не успели запомнить его образ. Расскажите об этом.

Айтматова: Все было следующим образом. В альбоме было много фотографий отца. Мать вырезала отца из фотографий с другими людьми, и не показывала. Все дело в том, что если кто-то увидит, могли решить, что эти люди связаны с Айтматовым и могли их арестовать. Поэтому мать разрезала снимки. Остались только отцовские фотографии.

Она показывала мне их, он казался мне очень красивым, особенным. Кудрявые волосы, красивый взгляд.

Это были годы войны, а я родилась в 1937-м. После этого началась война. До этого я ничего не помню. Во время войны мы жили в Таласской области, в селе, которое сейчас называется Жийде, Манасского района. Мать устроилась там работать бухгалтером.

Председателем колхоза там работал Суванбек – сын той самой Толгонай…

"Я быстро вернусь с войны, нужен человек, который будет хорошо управлять колхозом до этого", - искал он себе замену. Видимо, ему сказали, что есть такая Нагима Айматова, хороший специалист, которому можно доверять. Он сам приехал в Шекер и попросил нас переехать.

Вот так в 1942 году мы переехали в Жийде. Мать сохранила даже бумагу о том, что работает. Она трудилась там с 1942 по 1949 год….

Я вот сейчас думаю, что в 1937 году у людей тогда была нарушена психология. Потому что им говорили, что все эти люди враги, что они предатели и они приносят зло народу, и они в это верили. В то время вошла в моду слежка, доносительство, писали заявления. Поэтому нас все ненавидели, считая, что мы враги народа, дети врага народа.

Но мама была мудрая, она говорила, что отец был очень хорошим и думать плохо о нем нельзя. Она научила нас не говорить ни с кем на эту тему. Я видела, как приходили отцы тех детей, и думала, почему, если мой отец хороший, не приходит.

"Азаттык": В книге вы пишите, что ни на кого не держите зла, не мстите и никого не вините. "Было тяжелое время, что было, то прошло", - пишите вы. Откуда такое великодушие?

Айтматова: Это от безысходности. Лишь через 54 года мы нашли место захоронения нашего отца. И то, случайно!.. Известно место захоронения лишь 137 человек из 40 тысяч. Остальные то неизвестны!..

Есть дочь Токчоро Жолдошева, работавшего министром просвещения. Ее звали Чолпон эже, она недавно скончалась. Однажды она сказала, что мы счастливые. Я спросила, почему. Она ответила: "Вы нашли место погребения отца". У всех же место остается неизвестным.

Это с одной стороны. Как и сказала Чолпон эже, мы счастливы. Нашли, да еще и их погребли в одном из красивейших мест. Это тоже по-своему хорошо…

С другой стороны, это было так много лет назад, мы пережили многое.

Я посмотрела дело отца. Были те, кто говорил, что он был врагом, перешел в партию Туран. Я посмотрела списки. Но они дали такие свидетельства от безысходности. Это – система, они не смогли ей противостоять.

"Азаттык": Ваша книга написана интересно, читающий ее не сможет сдержать слез. Видимо, владение словом вам передается по наследству.

Айтматова: Я так и думаю, смотря на своих старших сестер.

Вы заговорили о Шекере. Шекер – наш предок. Он жил в 1770-е. Я сравнила с другими книгами. Таласские кыргызы живут же рядом с казахами. Абылай хан напал на кыргызов. Цель каждого хана – увеличить свою территорию. Но таласские кыргызы жили в мире с казахами, брали в жены их дочерей, отдавали своих замуж, дружили.

Но Абылай хан напал на таласских кыргызов неожиданно, взял большинство в плен, убил, отобрал земли. Потом таласские кыргызы сами напали на него, вернули земли. Вот такие были войны.

Я это прочитала в трудах Толена Насирдинова. Это человек по имени Шекер выступил посредником, когда кыргызы и казахи стояли на пороге войны. Он вышел и сказал им: "Чего нам не хватает, давайте поговорим за чаем, зачем нам воевать, зачем убивать друг друга, у нас одна земля, мы родственные народы". Вот так он призвал стороны к диалогу.

Чингиз Торекулович провел Иссык-Кульский форум. Тогда он тоже призвал: "Давайте придем к диалогу, между религиями должен быть диалог. Между культурами нужен диалог. Диалог должен быть и между системами. Придем к миру через диалог, переговоры, не будем воевать, не будем убивать друг друга". Его идея была очень сильной. Он собрал умы всего мира и призвал к этому.

И я думаю, что и это передалось нам от предка Шекера.

ВК

Сокращенный перевод с кыргызского, оригинал здесь

XS
SM
MD
LG