Ссылки для упрощенного доступа

18 июня 2024, Бишкекское время 22:27

«В последние годы только увеличивается». Омбудсмен назвала семейное насилие одной из важнейших проблем страны


Иллюстративное фото.
Иллюстративное фото.

Насилия в отношении женщин не становится меньше. Об этом заявлено в докладе омбудсмена. Правозащитники отмечают, что зачастую меры в отношении насильников принимаются только после общественного резонанса. Также отмечается, что наблюдается некоторое безразличие со стороны правоохранительных органов.

Несмотря на то, что Кыргызстан еще в 2003 году одним из первых в Центральной Азии принял закон о защите от семейного насилия, количество случаев домашнего насилия в последние годы только увеличивается. Такие данные содержатся в ежегодном докладе Института омбудсмена о состоянии прав и свобод человека в 2023 году.

В прошлом году, по официальным данным, было зарегистрировано 13 тысяч 104 случая домашнего насилия, что на 32,6% больше по сравнению с 2022 годом, когда было зафиксировано 9880 фактов насилия в семье. По данным фактам были возбуждены уголовные дела по таким статьям, как «Убийство», «Причинение тяжкого вреда здоровью», «Причинение легкого вреда здоровью», «Истязание», «Понуждение к действиям сексуального характера», «Действия сексуального характера с ребенком, не достигшим 16-летнего возраста».

Кроме этого, согласно данным Генеральной прокуратуры, за 2023 год зарегистрировано 187 фактов суицидов среди женщин и почти столько же – 185 – среди детей. В докладе Института акыйкатчи отмечается, что это явление все чаще связывают с насилием в семье.

«Не в полной мере выполняют функции»

Омбудсмен Джамиля Джаманбаева сообщила, что после анализа исполнения закона «Об охране и защите от семейного насилия» и получения ответов от государственных органов был сделан вывод, что «некоторые государственные органы не в полной мере выполняют предусмотренные законодательством функции по защите пострадавших от семейного насилия».

По ее словам, закон позволяет обеспечивать соблюдение прав женщин, пострадавших от насилия, но из-за отсутствия стандартов оказания помощи, анализа правоприменительной и судебной практики, закрытия дел за примирением сторон и безнадежного положения женщин, реализация закона становится сложной.

Омбудсмен считает, что между всеми ответственными государственными органами должны быть определены механизмы действий по искоренению всех форм насилия в отношении женщин и детей.

Также в ходе обсуждения Джаманбаева отметила, что зачастую какие-либо решения со стороны госорганов принимаются уже после того, как случай насилия освещается в СМИ и вызывает общественный резонанс.

О безразличии к борьбе с насилием со стороны правоохранительных органов говорит и депутат Жогорку Кенеша Айсулуу Мамашова. Она выразила мнение, что ранее, когда Мамашова была депутатом в предыдущем созыве, МВД оперативнее предоставляло информацию по тем или иным громким случаям.

«Сейчас же не могут дать внятно никакого разъяснения. Мы поднимали вопрос о деле Егора, маленького мальчика, которого избил отчим, проломил ему череп, и он в тяжелом состоянии поступил в больницу. Обвиняемого отпустили под пробацию. И только спустя три недели после запроса в МВД нам удалось выяснить, что во время следствия следователь вычленил особо тяжкое преступление – перелом черепа – в отдельное производство. И так и оставил это дело, которое на протяжении года просто в воздухе висит. И вот эту информацию МВД не могло дать несколько недель. Просто какой-то информационный вакуум создался. Не знаю, некомпетентность это или нежелание работать, или и то, и другое.

Правоохранительным органам нужно заниматься предотвращением семейного насилия, потому что в части законов, действительно, насколько можно было ужесточить, все это сделано. Мы постоянно только и делаем, что ужесточаем ответственность, сроки увеличиваем. Но самая большая проблема в части исполнения. На местах ведь участковые знают каждого дебошира в своем районе, знают каждого, кто систематически занимается побоями. Но что они делают? Приходят на вызов, говорят, что это их семейная проблема, разводят руками и уходят вместо того, чтобы на месте разбираться.

Со стороны государственных органов не проводится работы для того, чтобы насильники боялись ответственности. Система не работает, человек остается безнаказанным и продолжает это делать. Когда человек чувствует, что не понесет никакой ответственности, то это насилие превращается уже в истязание, а потом приводит к убийству. Если бы на начальном этапе тот же участковый дал понять насильнику, какие будут последствия, я думаю, вот до такого масштаба это бы не дошло. Безнаказанность порождает повторение насилия», - сказала депутат.

В докладе омбудсмена также отмечается, что невыполнение сотрудниками правоохранительных органов своих обязанностей – халатность, в некоторых случаях сотрудничество с подозреваемой стороной, затягивание следственных мероприятий, несоблюдение принципа неотвратимости уголовной ответственности – являются одними из причин роста насилия.

Институт рекомендует МВД создать единую базу по регистрации случаев семейного насилия, вносить жертв насилия в эту базу, предоставлять потерпевшим следователей женского пола и обеспечить жертв полноценной юридической консультацией.

Генеральной прокуратуре же рекомендуется усилить надзор за расследованием преступлений, связанных с насилием в отношении женщин и детей, и ввести практику ежеквартальных отчетов по таким делам.

«Поддержка жертв семейного насилия»

Джамиля Джаманбаева подчеркнула, что жертвам семейного насилия необходимо оказывать поддержку, создавая кризисные центры, где женщины могли бы получить юридическую и психологическую помощь.

В настоящее время в Кыргызстане действует 17 неправительственных кризисных центров и один муниципальный. Сегодня этот список пополнился государственным центром.

В первом государственном Центре для жертв насилия, как отмечается, можно будет оставаться в течение 10 дней.

«Этот центр работает по принципу «Единого окна». Центр объединяет медицинские, консультационные, юридические, психологические и социальные услуги, а также условия для проведения следственных действий под одной крышей. То есть бегать человеку никуда не надо, он весь спектр необходимых процедур будет получать в одном здании. Это первый подобный центр не только в Кыргызстане, но и во всей Центральной Азии. Это не постоянное пребывание, а временное нахождение, чтобы пройти все процедуры, необходимые в первое время», - рассказала Василина Бражко, координатор по связям с общественностью УНП ООН в Кыргызстане.

По ее словам, центр открыт при поддержке Управления ООН по наркотикам и преступности и Бюро по борьбе с международным оборотом наркотиков и правоохранительной деятельности Государственного департамента США.

О том, что государственного финансирования не хватает на полноценную поддержку кризисных центров и большая часть расходов в этом вопросе покрывается за счет доноров в своем докладе отметила и омбудсмен Джамиля Джаманбаева.

При этом в рекомендациях Института все же содержится пункт о необходимости увеличения количества государственных кризисных центров.

Проблемы женщин с инвалидностью

О том, что существующие шелтеры для женщин, подвергшихся насилию, не оборудованы для людей с инвалидностью, рассказала председатель ОО Союз людей с инвалидностью «Равенство» Гульмира Казакунова.

Она отметила, что сейчас обращающиеся в организацию жертвы насилия, остались без постоянного места жительства, поскольку у центра нет средств на аренду жилья.

По словам Казакуновой, ранее центр располагался в съёмном здании, но после того, как арендодатель повысил плату и жертвы насилия с инвалидностью остались без крыши над головой, организации пришлось временно расположиться в помещении одной из родственных организаций.

«Официальной статистики о насилии именно в отношении женщин с инвалидностью нет, есть только общая статистика. В отношении женщин с инвалидностью насилие намного изощреннее, чем насилие в отношении женщин без инвалидности. Они более беспомощны, в отличие от здоровых женщин они зависимы не только экономически и психологически, но и физически. Например, чтобы наказать, насильник может просто отодвинуть коляску на метр дальше, и женщина не может самостоятельно достичь коляски. Такие женщины не могут уйти, снять квартиру и начать зарабатывать.

Пособия не хватает на аренду, и зачастую арендодатели отказывают женщинам с инвалидностью в сдаче жилья. Им некуда идти и им всю жизнь приходится прозябать в этой семье, где она подвергается насилию, приспосабливаться. Они боятся еще большего натиска и дискриминации, поэтому молчат. Случаев насилия очень много, за три года к нам обратились более 90 женщин и девушек. Работа с ними специфичная, и психологическая поддержка нужна специфичная в отличие от помощи, оказываемой другим женщинам – жертвам насилия. Сейчас ведь столько зданий конфискуются, если бы нам выделили свое здание, мы бы смогли помочь большему количеству девушек и женщин с инвалидностью, подвергшихся насилию», - отметила Казакунова.

Руководитель организации «Равенство» рассказала, что за время работы столкнулась с рядом ужасающих историй, некоторые из них освещались в СМИ.

Например, три года назад стало известно о жительнице села Казарман, которую с 16 лет насиловали родной дедушка и дядя. Со стороны бабушки же она подвергалась избиениям. По словам Казакуновой, девушка никогда не выходила из дома, не училась и не общалась с другими людьми. В центре ее пришлось обучать всему, вплоть до использования гигиенических средств. Сейчас 27-летняя девушка учится жить заново.

«Мы увидели историю в интернете и обратились в Минсоцразвития, и нам помогли привезти ее в Бишкек. Она была как загнанный зверек, всего боится, ничего не умеет делать, мы заново учили ее жить, ухаживать за собой, выводили в город, учили ездить на общественном транспорте, общаться с людьми. Ее родственники говорили, что у нее умственные ограничения, у нее был диагноз «ДЦП с тяжелой формой умственной отсталости». Мы провели повторную психиатрическую экспертизу, и оказалось, что у нее легкое умственное ограничение. Но на самом деле я считаю, что у нее нет умственной отсталости и это результат педагогического упущения, потому что девушка никогда не выходила на улицу, ни с кем не общалась, не училась.

Сейчас она умеет читать, писать, научилась готовить, ухаживать за собой. Есть другая женщина, ей сейчас 37 лет, у нее легкая умственная отсталость, физических ограничений нет. Она тоже сирота, жила в семье дяди и тети, ее использовали для выполнения всей физической работы, наказывали и били, если их что-то не устраивало. При этом ее двоюродный брат насиловал девушку долгие годы, угрожал, что выгонит ее, если она кому-то расскажет об этом. Мы ей сейчас оказываем поддержку, обучаем ее, оказываем психологическую помощь», - рассказала Казакунова.

Она отметила, что подобных историй среди девушек и женщин с инвалидностью множество. Она считает, что таким жертвам насилия нужны отдельные кризисные центры, где они могли бы получить всю необходимую помощь с учетом их физических и ментальных особенностей.

В конце прошлого года международная правозащитная организация Human Rights Watch в своем докладе отмечала, что законодательство Кыргызстана «не учитывает особых потребностей женщин и девочек с инвалидностью, из-за чего риск продолжения насилия сохраняется».

Что делает государство?

После каждого громкого случая насилия в отношении женщин государственные органы заверяют, что делают все возможное для борьбы с этим явлением. Еще в 2020 году кабинет министров сообщал, что утвердил план срочных мероприятий по предотвращению семейного насилия. В списке обозначалось более 40 мероприятий различного характера. Сколько из них были выполнены, неизвестно.

Однако фактом остается то, что с 2020 года количество случаев семейного насилия не сокращается, а, наоборот, ежегодно увеличивается. В 2023 году Национальный статистический комитет подготовил обзор, в котором сообщал, что в 2021 году по сравнению с 2015 годом число пострадавших от семейного насилия увеличилось почти в 3 раза, 96% пострадавших – женщины. При этом отмечалось, что из 10 тысяч 151 случая семейного насилия лишь 256 завершились возбуждением уголовных дел.

Правозащитники не раз отмечали, что помимо ужесточения наказания в отношении насильников, государству необходимо усилить работу правоохранительных органов в части расследования преступлений насильственного характера и предотвращения подобных преступлений.

В свою очередь МВД в начале мая сообщало, что «принимает все необходимые меры по предупреждению и пресечению насилия в отношении женщин и несовершеннолетних девочек». В ведомстве сообщили, что еще в 2021 году был создан отдел по профилактике домашнего насилия, а для обеспечения безопасности населения в отдаленных районах страны функционируют 59 передвижных приемных милиции.

Также в МВД сообщили, что разрабатывается проект по внедрению электронного реестра лиц, совершивших домашнее насилие, и пострадавших, а также планируется запуск мобильного приложения для оперативной помощи женщинам и девочкам, подвергшимся насилию.

В последние годы не только местные правозащитники, но авторитетные международные организации указывают на рост насилия в отношении женщин в Кыргызстане и призывают власти принять меры.

В сентябре прошлого года Human Rights Watch после очередной жесткой истории насилия призвала власти Кыргызстана «перестать отодвигать на второй план проблему семейного насилия» и признать, что она уже превратилась в кризис. До этого правительство КР «ускорить оперативное и адекватное расследование правоохранительными органами всех преступлений, связанных с насилием в отношении женщин и девочек» призывала и ООН. В октябре 2023 года, стало известно, что Кыргызстан второй год подряд был признан наиболее опасной страной для женщин из числа государств Центральной Азии согласно отчету WPS (Индекс мира и безопасности для женщин). Согласно рейтингу, 13% кыргызстанок подвергаются насилию со стороны близких.

Форум Facebook

XS
SM
MD
LG