Недавно в соцсетях получила резонанс история 20-летней девушки из Чечни Заиры Сугаиповой. По словам правозащитников, Заиру, которая находилась в кризисном центре для женщин в Москве, вывезли в Чечню родственники, чтобы насильно выдать замуж.

Оригинал статьи на сайте Кавказ.Реалии.

Позже в эфире ЧГТРК "Грозный" девушка сообщила, что никто ее насильно замуж не выдает, после чего директор телеканала объявил, что принял ее на работу в штат.

Приблизительно по такому же сценарию в мае 2015 года развивалась история 17-летней на тот момент жительницы села Байтарки Ножай-Юртовского района Чечни Хеды (Луизы) Гойлабиевой. Тогда в WhatsApp начали распространяться сообщения, что несовершеннолетнюю Хеду насильно выдают замуж за 57-летнего начальника Ножай-Юртовского РОВД Нажуда Гучигова.

В сюжете местного телевидения Хеда рассказала, что выходит замуж по собственному желанию. А журналистов российских СМИ, которые освещали замужество Гойлабиевой, обвинили в попытке "подорвать авторитет республиканских властей".

В июле 2017 года по поручению Рамзана Кадырова в Чечне начали масштабную акцию по воссоединению разведенных семейных пар. После бесед с религиозными деятелями, силовиками и главами администраций экс-супруги были вынуждены сходиться вновь. Спустя несколько месяцев власти Чечни отчитались о более чем двух тысячах воссоединенных семей.

Журналисты "Кавказ.Реалии" поинтересовались, что думают жители Чечни о браках по принуждению и домашнем насилии.

"Не пойти же против отца"

28-летняя Иман считает, что если отец дал слово, то дочери ничего не остается, кроме как согласиться.

"Почему-то так сложилось, что женщина иногда не имеет права голоса. У меня была подружка Фатима, которая со мной училась в школе. После 11-го класса ее сразу выдали замуж. Потому что отец и родственники согласились. Она хотела учиться на медицинском. Не пойти же ей против своего отца? После этого лишь пару раз с ней созванивались. Давно связь потеряли. Сейчас даже не знаю, как она", – рассказывает Иман.

Она считает, что для того, "чтобы муж мог поднять руку на жену, она должна конкретно в чем-то провиниться". А многоженство, на ее взгляд, допустимо только тогда, когда соблюдаются все нормы ислама.

"Спрашивать необязательно"

По мнению 29-летнего Идриса, "если старшие в роду решили ее выдать, то девушка должна это принять".

"Если жених из хорошей семьи, то ее спрашивать необязательно. Не нужно женитьбу откладывать и растягивать на долгое время", – считает молодой человек.

Однозначно выражать свое мнение про многоженство Идрис не стал, но насилие в семье, по его мнению, иногда может быть оправдано.

"Я бы сам не стал бить женщину, но знаю, что бывают ситуации, когда иначе никак", – сказал собеседник, не уточнив, о каких именно ситуациях идет речь.

"Никто не может решать за нее"

"Не знаю, почему девушки позволяют выдавать себя замуж, если они этого не хотят. Если бы меня так выдавали, то мой внутренний бунтарь дал бы о себе знать, – говорит 32-летняя Айна. – Никто не может решать за нее. Никто не может давать какие-либо слова, не спросив ее".

К домашнему насилию в любом ее проявлении Айна относится отрицательно. "Женщина такая же личность, как и мужчина. Насилие недопустимо, и общество не должно смотреть на это как на норму", – считает она.

"К многоженству я отношусь нейтрально, если это является общим согласием мужа и жены. Если это ранит кого-либо из партнеров, то это уже не хорошо", – поделилась собеседница.

А ситуации, когда муж запрещает жене учиться после школы или работать, Айна объясняет тем, что мужчина ограничен как личность.

"Мужчина, запрещающий жене учиться и работать, неполноценен как личность. И, возможно, он боится, что жена станет успешнее него", – резюмировала собеседница.

"Легкое наказание за содеянное"

24-летний Зайнди уверен, что у девушки, которую насильно выдают замуж, много вариантов, чтобы не выходить за него.

"Когда ты видишь, что на твоих глазах все твои планы на жизнь рушатся, то есть куча вариантов предотвратить это. Она может в день свадьбы сесть на диван и сказать, что с места не сдвинется. Может хвататься за ручку двери, кричать на всю улицу, что ее похищают, звать на помощь. Вызвать ментов на крайний случай. Есть еще перцовые баллончики, если не хочешь, чтобы кто-то к тебе подходил. Разве то, что о тебе подумают, имеет значение, когда твои планы на жизнь перечеркиваются на твоих глазах? Если она действительно против, то способ она найдет всегда", – говорит Зайнди.

При этом он считает, что фраза "домашнее насилие" "звучит слишком жестко". "Когда это слышишь, кажется, что речь идет о каких-то пытках. Я бы предпочел называть это "легким наказанием за содеянное", – уверен Зайнди.