Ссылки для упрощенного доступа

20 Октябрь 2018, Бишкекское время 09:58

Крымские татары. Удушье в объятиях новой власти


Крымско-татарская молодежь на восхождении на гору Чатыр-Даг, приуроченном к годовщине депортации.

Контроль над крымскими татарами в аннексированном Россией Крыму проявляется во всем: личной жизни, бизнесе, истории, памятных днях, географических названиях — на фоне гонений на всех неугодных.

После аннексии Крыма российские власти сразу взялись и за общественные мероприятия на полуострове. Так случилось, например, с датой 18 мая. Именно этот день крымские татары традиционно отмечают как день памяти жертв депортации 1944 года. В период контроля Украины подобная активность была возможна в рамках самой общины и крымские татары могли проявлять активность без "заботы" государства. С российской оккупацией пришел тотальный контроль.

С приходом России все общественные инициативы были заменены спущенными сверху и хорошо отредактированными "аналогами". Об этом СМИ сообщали многократно. Государство ведет активную политику по монополизации всей общественной активности, подменяя ее в принципе псевдообщественной. Крымско-татарская община — одна из основных целей этих разработок. Москва первым делом вычленила из сплоченной до этого общины "новых активистов" из числа крымских татар, которые в свою очередь пытаются убедить всех, что они наиболее легитимные среди народа.

А вот к независимым активистам совершенно иной подход — с ними обходятся жестко. В каждом случае используют "подходящий" для конкретного дела повод. Например, по данным "Крым.Реалии" (Крымской редакции Азаттыка), 57-летнего активиста Недима Халилова и вовсе выслали с Крыма, решение о депортации принимал Железнодорожный суд Симферополя. Прошлой осенью судья Татьяна Белинчук признала активиста виновным в "нарушении режима пребывания в Российской Федерации". Халилова судили как гражданина Узбекистана, хотя сам он считает себя лицом без гражданства. Он проживал в Крыму с 1986 года, но не оформлял ни украинский, ни российский паспорт. По его словам, единственный документ, который имеется при нем, — паспорт СССР, в котором указано, что Халилов родился в Узбекской ССР. Его удерживают в спецприемнике Краснодарского края.

Страдают не только общественники и правозащитники. Буквально на прошлой неделе Ленинский районный суд Севастополя арестовал до 9 июля задержанного 10 мая крымского татарина Энвера Сейтосманова, которого подозревают в причастности к запрещенной в России организации "Хизб ут-Тахрир". Подобные аресты происходят регулярно. При этом в период украинского контроля члены организации "Хизб ут-Тахрир" спокойно проживали в регионе.

СТИРАЮТ ПАМЯТЬ

Когда речь заходит о положении крымских татар в Крыму, российские власти утверждают, что представителям этого народа нынче живется лучше. В качестве аргументов приводят признание намерения реабилитировать этот народ и даже предпринимаемые для этой цели меры. Например, признание крымско-татарского языка одним из трех государственных на полуострове. Однако если приглядеться, сразу видно, что эти меры оказываются шагами без реального конструктивного содержания, по крайней мере в каждодневной жизни. Возьмем тот же статус крымско-татарского языка. Что этот статус дает в современной России языкам национальных меньшинств? Абсолютно ничего! Особенно, если учесть то, что в Госдуме депутаты инициируют законопроект, по которому госязыки республик выводятся в разряд факультативов.

И так во всем — провозглашаются нежные объятия, а в результате получаются одни удушья.

В соответствии с законом Российской Федерации № 1107-1 "О реабилитации репрессированных народов" и постановлением ВС СССР от 28.11.1989 "О выводах и предложения комиссии по проблемам крымскотатарского народа" говорится о полном восстановлении прав крымских татар. Среди прочего в статье 11 закона № 1107-1 закреплено право на восстановление исторической топонимики. Вместо реализации данного положения, власти придумали, как обойти его. Придумали авантюру со вторыми названиями на табличках при въезде в населенные пункты. Это идея депутата Госдумы России Руслана Бальбека. Кстати, он является одним из первых из числа крымских татар, кого Москва активно вовлекала в свои дела.

При этом исторические наименования официально не возвращают, а просто при въезде в населенные пункты, рядом с нынешним (советским) наименованием должны установить таблички с этими историческими названиями. Складывается впечатление, что власти уже решили, что крымско-татарский культурный след в регионе окончательно должен стать чем-то вроде музейного экспоната. Зато, по принятому законодательству, громко декларируется, что крымских татар реабилитируют.


По словам тех же крымских татар, с которыми корреспонденту "Idel.Реалии" (Татарской редакции Азаттыка) удалось поговорить, даже такой вариант властей вызвал много негативной реакции среди противников возвращения реальных названий. Они вообще утверждают и свято в это верят, что Крым — это "исконно русская земля". Их аргументация заключается в том, что крымские татары специально затеяли такую игру, чтобы все привыкали к старым крымско-татарским названиям. А потом якобы будут требовать, чтобы старые названия стали официальными.

Но противники татарской истории Крыма этим не ограничиваются. На протяжении последних четырех лет при въезде в каждый населенный пункт и выезде из него активно устанавливают православные кресты — метят территорию, чтобы каждый приезжающий думал, что Крым — "исконно русская земля", признается один из крымских татар.

Вместе с тем Москва на захваченном полуострове сделала ставку на милитаризацию сознания. В Крыму продолжают свою деятельность многочисленные "казачьи отряды" и так называемая "Юнармия", происходит военизация детского и подросткового сознания. По мнению президента Института восточного партнерства (Израиль), раввина Авраама Шмулевича, создаваемые в России отряды более всего напоминают не казаков, а "эскадроны смерти" в Латинской Америке.

В российской действительности крымские татары столкнулись с новой и довольно жесткой реальностью. Российские власти, с одной стороны, создают активно видимость защиты прав крымских татар, например, когда надо отвечать на критику в международных организациях, которые осуждают нарушения прав коренного народа, но в то же время в реальности поля для развития, в том числе этнокультурного, остается всё меньше и меньше из-за тотального контроля государства и навязывания им своих идеологических установок, в которых, как отмечают эксперты, нет места национальным регионам, языкам и другим особенностям. И даже в устах президента Владимира Путина всё звучит довольно однозначно — появляется мифический "русский мир", "русское гражданство", "общий культурный код" и все 146 миллионов россиян объявляются почему-то русскими. И на того, кто с этим не согласен и пытается как-то бороться, — обрушивается вся репрессивная мощь российской власти.

Материал Татарской редакции Азаттыка — сайта "Idel.Реалии"​.

Ваше мнение

Показать комментарии

XS
SM
MD
LG