Ссылки для упрощенного доступа

7 Декабрь 2019, Бишкекское время 18:20

Малика: Мое место там, в Оше...


Ош, июнь 2011
Почти в каждом российском городе можно встретить наших соотечественников, которые в поисках лучшей доли кочуют по России-матушке. В последнее время среди них появились и те, кто был вынужден покинуть отчий дом, спасаясь от пожара межэтнического конфликта в июне прошлого года в Ошской и Джалал-Абадской областях.

Каждодневная жизнь этих “мигрантов” заметно отличается от бытовых забот своих земляков. Многие ошане пытались быстрей выдать замуж своих дочерей, чтобы спасти их от возможного насилия. Корреспондент “Азаттыка” Жаныл Жусупжан побывала в гостях у вынужденных переселенцев из Оша в России.

Малика (по просьбе героини материала, не называется ее настоящее имя -прим. авт.) с детства мечтала быть учительницей. Если бы не прошлогодний конфликт, то в будущем году она бы стала дипломированной школьной учительницей и преподавала узбекский язык и литературу. Ей чуть больше двадцати лет. Надеется вернуться в родной Ош, чтобы закончить учебу и пойти работать в школу. Так она мечтает уже полтора года.

Мы встретились с ней на съемной квартире в одном из российских городов. Где она живет вместе с мужем, золовкой. Вместе с ними в трехкомнатной квартире проживают еще две семьи. Малика вместе с золовкой носит платок по мусульманскому обычаю. В самом начале разговора они убедительно попросили не упоминать их настоящих имен. За пиалой душистого чая, она неспеша рассказала про свою жизнь.

- Училась я на третьем курсе. Сейчас, наверное, уже была на пятом последнем курсе. Думала сюда перевестись, но кому тут нужен узбекский язык и литература?

Почти каждый день Малика вместе с золовкой уходит побродить по городским улицам, чтобы быстрей скоротать время, пока муж таксует. Как большинство своих одноклассниц она рано стала интересоваться исламом и без принуждения стала носить платок по мусульманской традиции.
Магазины женской одежды мусульманского покроя
Магазины женской одежды мусульманского покроя

- Я с детства держала пост и совершала намаз. Но платок не носила. Только познав истинные ценности ислама, я стала осознанно носить платок. Моя семья образованная, начитанная и законопослушная. Поэтому они с пониманием и уважением отнеслись к моей религиозности.

Родители выдали ее замуж за сына дальнего родственника. Только свадьбу отложили на осень. Но трагический конфликт в июне 2010 года внес свои коррективы в этот семейный план. Родные стали просить их, чтобы побыстрей уехали в безопасное место.

- В Оше мы жили в районе, где большинство соседей были кыргызами. Они сказали нам, чтобы мы побыстрей покинули свои дома и ушли в те городские кварталы, где живут узбеки. Моему отцу за два дня до этих трагических событий сказали, что будет “что-то”. Но он не поверил...

На четвертый день к нам домой ворвались вооруженные люди. Помню, что бабушка испуганным голосом говорила им “Родненькие, у меня такие же сыновья как и вы. Что вам нужно?”. Тогда один из них сказал, что мы ему отдали овец. Тогда они не будут сжигать наш дом. Мы держали дома около пятнадцати овец. Бабушка отдала им двух овечек.


Вот как описывает Малика свое бегство из отчего дома:

- Но соседи-кыргызы, а среди них были военный и врач сказали, чтобы они убирались отсюда. Они сказали, что они получают гумпомощь, а это пожилая женщина нечего не получает. Соседи нам очень помогали в те дни.

Но те вооруженные люди вернутся той ночью, наводя ужас и страх на семью Малики, вынуждая их покинуть родной дом. Скитаясь по родственникам, родители приняли решение выдать замуж двух дочерей, потому что были напуганы слухам о кражах и изнасилованиях молодых девушек. Рассказывая все это, Малика грустно вздохнула, пробормотав “видимо, таковая моя судьба....”:

Солдаты патрулируют улицы Оша. Июнь 2010
Солдаты патрулируют улицы Оша. Июнь 2010
- На свадьбе с каждой стороны было по четыре человека. Даже на свадьбу не было похоже. Мы не хотели такой свадьбы. Но что делать? Вы же знаете, что четыре человека приходят на похороны или поминки, а у нас все прошло тихо и непривычно, было не многолюдно. Вы же знаете, какие у нас шумные и веселые свадьбы.

Они в постоянном контакте со своими подругами и родственниками, оставшимися в Оше. Переговариваются через телефон и интернет. По их словам, в махаллях не хотят делать свадьбы, потому что опасаются пересудов в случае развода. Очень многие скороспелые браки, заключенные после трагического конфликта в Оше, распадаются.

- Многие узбекские семьи не проводят свадьбы, потому что приходят неизвестные люди и забирают все сбережения. Они считают, что если справляют свадьбу, значит состоятельные. Разве есть деньги у узбеков? Они просят 5-10 тысяч долларов.

В узбекской общине Оша много говорят о случаях вымогательства и шантажа со стороны неизвестных лиц. По словам Малики, они тоже с помощью выкупа смогли добиться освобождения отца.

- Когда мой отец вернулся в Ош, его поймали неизвестные лица и потребовали 500 долларов выкупа за свободу, в противном случае пообещали подвергнуть его пыткам. Братья смогли собрать нужную сумму и освободить его. Пришлось почти все распродать, влезть в долги, чтобы спасти отца.

Бегая по разным инстанциям, она с мужем смогла получить российское гражданство. Вроде бы все позади, но Малике порой кажется, что она никуда не уезжала из родного Оша, потому что даже тут, в российском городе, чувствуется тревожное влияние тех событий:

Марши русских националистов в Москве, ноябрь 2011
Марши русских националистов в Москве, ноябрь 2011
- Здесь тоже не сладко. Например, тут рядом есть продуктовый магазин. Там работают несколько девушек-кыргызок. Двое из них хорошо относятся, а вот кассир почти всегда грубо спрашивает, типа “чего приперлись”. Мы же все люди, в конце концов, мусульмане. Почему нельзя по-человечески относится друг к другу.

Многие кыргызстанцы после получения российского гражданства получают возможность устроится на хорошо оплачиваемую работу. Например, в рестораны, бары или на почту. Бывают случаи, что в милицию устраиваются. Малика же не может найти работу из-за своего внешнего вида, потому что носит мусульманский платок.

- Сидим дома. Работы нет. Иногда выходим на улицу, немного погуляем и обратно в эти четыре стены. Здесь мало иметь документы. При найме обращают внимание на внешний вид и одежду. Я не могу одеваться как они, потому что богобоязненная. Я мусульманка.

Вспоминая отчий дом, Малика проплакала все глаза. Вечерами они тоскуют по родителям и родственникам, хочу их увидеть. Но они категорически против ее приезда из-за соображений безопасности. Тем более, Малика ждет ребенка:

- Я очень скучаю по дому и родным. Уже полтора года как я не видела свою маму и отца. Сердце щимит от тоски. Я там должна быть. У меня есть свекрь со свекровью и я должна была жить с ними, помогать им по хозяйству, как положено молодой невестке. Мое место там, в Оше...

AI

Смотреть комментарии (4)

"Форум закрыт, дискуссию можно продолжить на официальной странице "Азаттыка" в Facebook (Azattyk Media).

XS
SM
MD
LG