Ссылки для упрощенного доступа

23 Ноябрь 2017, Бишкекское время 13:30

Манас - военный офицер, в начале 90-х годов окончил высшее военно-политическое училище в СССР. Он рассказал, что был завербован на войну в так называемой ЛНР на востоке Украины. Провоевав чуть более полугода в рядах сепаратистов, он решил вернуться на родину. Сегодня мы публикуем вторую часть интервью с Манасом. Имя собеседника изменено по его просьбе.

«Азаттык»: Вы шесть месяцев пробыли на востоке Украины. Но как спрашивают наши читатели, почему вы не сразу поняли, что там нет фашистов?

Манас: Для тех, кто сомневается. Сам я не публичный человек. Учитывая, что был в разведке, я для них сейчас являюсь врагом номер один. Ведь я попал в разведгруппу, у меня есть данные. Можно проверить любую информацию по Луганску и Донецку. У меня есть телефоны и позывные воюющих шахтеров. С ними можно открыто поговорить, все они были вместе со мной в разведке.

Почему я уехал оттуда только сейчас, когда нужно было сопроводить груз 200? Если я рассказал бы о своем желании, то мне не позволили бы пересечь границу. Таких ситуаций много. Никто просто так оттуда не уходит. Поэтому я был до конца ополченцем, несмотря на то, что мое мировоззрение изменилось. Сопровождение груза 200 дало мне возможность выехать за пределы восточной Украины.

Большая часть молодежи выехала из области в качестве беженцев. Средний возраст воюющих на Донбассе составляет немногим более 40 лет, это люди, которые не могут выехать или не имеют средств. Один раз вступив в ряды ополченцев, сложно из них вырваться. Романтика заканчивается через месяц, когда им заявляют: «Вы для Украины - сепаратисты, потом они вас просто уничтожат». Есть местные жители, которым приходится воевать, но они тоже хотят выехать. Я даже хотел устроить пресс-конференцию, напрямую связавшись с теми людьми.

Поначалу там действовали лишь банды, такие как «Оплот», «Дон», «Заря» и другие, которые захватывали отделения милиции и использовали оружие. Потом началась поставка российского вооружения.

«Азаттык»: Как техника проходила через границу?

Манас: Техника переправляется ночью или во время тумана. Сейчас для ее размещения освободили ангары. Донбасс - промышленная зона, поэтому здесь много вагоноремонтных заводов, старых шахт. В один ангар спокойно помещается около 217 танков.

«Азаттык»: То есть на границе есть участки для свободного перемещения?

Манас: В Изварино граница открыта. Ночью космические спутники не фиксируют данные, поэтому военную технику завозят ночью и во время туманов. Как только наступает ночь или спускается туман, въезжает техника, ее помещают в ангары. Днем спокойно,но как только наступает ночь, техника выезжает на поля, бьет по точкам.

В том числе были получены сверхсовременные переносные зенитно-ракетные комплексы «Игла», которые тысячами поставлялись в Луганск. Они и сами стреляют и нас учат. В Украине самой мало летной техники, летает пара самолетов, и то для разведки. Есть 20-30 зенитно-ракетных комплексов «Бук», которые расположены в Краснодоне. Целая тульская дивизия стоит у границы в Изварино. Я рассказываю то, что видел. Много самоходных артиллерийских установок. Однако и потери очень большие. В Дебальцеве сгорели 70 процентов российских танков, это мы знаем не понаслышке. Вся эта информация засекречена.

«Азаттык»: А что же мирные жители?

Манас: Мирные жители против как ополченцев, так и украинских военных, ведь мародерство невозможно остановить.

«Азаттык»: Были ли конфликты между наемниками и руководством?

Манас: Как-то погиб один парень. Из-за этого в бригаде возник бунт, ребята говорили: мол, почему вы, зная, что мы попадем под минометный огонь, забросили нас туда. Из 70 человек в живых осталось тогда только 30. Я остался жив не потому, что был опытным или умным, просто бог помог. После этого разведывательный штаб окружили, пара ребят не выдержали и начали бить российских полковников, в результате произошла перестрелка.

«Азаттык»: Много там выходцев из Центральной Азии?

Манас: Я не видел много. В артиллерийской разведке было три кыргыза, семь казахов, чеченцев и осетинов там больше.

«Азаттык»: А что касается денег? Сколько платят военным?

Манас: По поводу денег такой расклад. Наемники отдельных подразделений получают 1,5 тысячи долларов в месяц. Военные, пришедшие по набору в рядовой состав, получают 400 долларов, офицеры состава – 500 долларов. Российские советники - по 5-6 тысяч долларов. Вам нужно правильно понять. Вроде бы воюет российская регулярная армия, но все они контрактники, которые воевали в Чечне, опытные танкисты, артиллеристы, разведчики или «игольщики».

Перевод с кыргызского.

Первая часть интервью здесь.

Ваше мнение

Показать комментарии

XS
SM
MD
LG