Ссылки для упрощенного доступа

17 Декабрь 2017, Бишкекское время 00:53

Что есть свобода слова и прессы для такого традиционного патриархального общества, как наше? Это символическое, абстрактное понятие, в какой-то мере - дань времени, которым можно пренебречь в обмен на что-нибудь другое? Или все-таки это фундаментальное право, которым может воспользоваться каждый гражданин? Если, все-таки это право, то оно абсолютно или ему есть предел?

Представляете, каким был бы мир без свободы слова и прессы? Когда мы, не задавая вопросов, следовали бы инструкциям власть имущих, диктаторов или других представителей власти, религиозных мужей, просто шарлатанов и оппортунистов? Представляете, если мы воспринимали бы их догмы, как конечную истину, и делали все так, как они велят?

Мы жили бы с убеждением, что Солнце вращается вокруг Земли, а не наоборот. Мы до сих пор считали бы нормой практику, когда 50-летний мужчина берет в жены 12-летнюю девочку, да не одну, а целых четыре! Или диктатор владеет всеми землями и имуществом в стране, а все остальные прислуживают ему. Конечно, и сейчас встречаются и такие варвары, и такие диктаторы.

К счастью, мы не живем в таком мире. Почти не живем. Исследовав всю палитру мнений по этому вопросу, приведу ниже несколько пунктов - доводов в пользу свободы слова как фундаментального права каждого гражданина.

Первый и основной мой аргумент заключается в том, что свобода слова и прессы - это инструмент борьбы против диктатуры и тирании олигархов. Если помните, все тоталитарные режимы 20 века, начиная от нацистской Германии при Гитлере и заканчивая авторитарными режимами в современном мире, удерживали и удерживают власть через запугивание или устранение своих оппонентов.

Необходимо помнить, что все диктаторы в основном являются прагматиками. И они знают, что только организованное массовое гражданское движение представляет реальную угрозу их режимам. А без свободы слова организовать такое движение практически невозможно.

В средневековой Европе, когда Мартин Лютер перевел Библию на местные языки, тем самым он проложил путь для реформации протестантизма и открыл дорогу просвещенной и современной Европе. Было много крови, и не все так быстро развивалось. Но тем не менее, именно через «разговор», обмен мнениями, Европа стала тем регионом, которым сейчас является. Когда говорим о свободе слова, мы должны через «разговор» спорить о необходимости или излишестве свободы слова, а не через демонстрацию силы.

Однозначно и то что, свобода слова имеет свои грани, лимиты и исключения из правил в делах, касающихся военной, государственной тайны, относящихся к общественной безопасности вещей и т. д. Но, создавая исключения, мы должны четко обозначить их грани, четко обосновать их, четко определить понятия того или иного действия. Потому что есть множество случаев, когда деспоты используют двойственность законных норм для давления на своих оппонентов, преследования их за, например, «шпионаж» , «измену родине» и так далее, периодически сажают своих критиков за решетку, либо просто заставляют замолчать, как это было с журналистом Геннадием Павлюком.

Переходя к ситуации в нашей стране хотелось бы отметить следующие моменты. 13 мая 2016 года на общественное обсуждение вынесен проект Закона Кыргызской Республики «О средствах массовой информации». Этот проект закона, в частности, ссылаясь на практику в РФ и РК, предлагает запретить иностранным гражданам владеть местными СМИ, ограничить до 20% финансирование медиаструктур из-за рубежа.

Что касается меня, я двумя руками голосую за внедрение лучшей мировой практики у нас в стране. Но с каких пор практика РФ и РК в сфере защиты свободы слова и регулирования СМИ является образцовой? Для сведения, обе страны находятся позади нас в плане институционального развития, и рейтинги Freedom House и Reporters Without Borders (RSF) Press Freedom Index являются этому подтверждением. Или же наши депутаты - инициаторы законопроекта - хотят отката назад, отказа от всех наших достижений?

Кроме того, если помните, 27 января 2016 года руководителем аппарата правительства было подписано распоряжение о создании экспертной рабочей группы по разработке проекта концепции информационной политики Кыргызской Республики.

Теоретически представляю что такое концепция «информационной политики», и на примерах других стран знаю, какую роль в ней должны играть государственная власть и институты. И это все уже заложено у нас в Конституции, конституционных законах и Уголовном кодексе. Но когда речь идет о том, что государство еще и через государственную комиссию намеревается разработать дополнительно-специальную концепцию-политику в урегулировании по идее независимого звена - СМИ, то, простите, это вызывает не совсем демократические ассоциации.

Информационную политику во всех консолидированных демократиях, устанавливает рынок и только рынок. Это выражается в том, что государство по «социальному контракту», в рыночной экономике имеет монополию только на самые важные сектора в стране. Например, на оборону, общественный порядок, макроэкономическую политику, защиту частной собственности, здравоохранение, возможно, и образование.

Когда у госаппарата слабый потенциал и монополия на широкий спектр секторов, то это неизбежно путь в неэффективное управление. За примерами не нужно ходить далеко - возьмите, СССР, КНДР, КНР и весь социалистический блок до 90-х годов. Там везде была государственная монополия практически на все сектора экономики и другие сферы деятельности, а политическая конкуренция отсутствовала вовсе.

Или возьмите любую госкомпанию - вы увидите неэффективность и нерациональное управление, начиная от «Кыргызтелекома», аэропорта «Манас» и заканчивая простой типографией при УД ППКР.

В США, самой могущественной стране с ее огромной бюрократической машиной, полномочий и монополий в различных сферах намного меньше, чем у нашего государства. Не говоря об остальных эффективных странах ОЕСД, где государство имеет минимальный набор обязанностей и монополий.

Следовательно, было бы целесообразным не изобретать велосипед, а действовать в рамках лучших практик. А именно, осознать: роль государства в информационной политике должна заключаться только в обеспечении законности и верховенства закона. А остальное все сделают рынок и конкуренция. Для начала нужно либо приватизировать, либо сделать СМИ общественным, либо отдать на аутсорсинг все государственные СМИ без права государства участвовать в назначении глав редакций. Во-вторых, исполнять то, что у нас заложено в законах о свободе слова и прессы. И все.

В условиях конкуренции, как это происходит во всех индустриальных странах-демократиях, частные СМИ, их контент, а заодно журналистская этика улучшатся в разы. Потому что у частника в отличие от государства есть стимул стать первым на рынке, следовательно, предоставлять самое лучшее. А логика государства, о том что, без контроля СМИ растлят умы, станут орудием «внешних врагов» и т. д., ошибочна. Конечно, подобная угроза существует, но на это у нас есть законы, которые регулируют и должны обеспечить правила игры в этой сфере.

К примеру, в Японии с населением в около 130 миллионов, информационная политика продвигается частным сектором - ассоциациями. И граждане этой страны являются лидерами среди развитых стран по числу подписчиков на ежедневные газеты. Согласно информации, общий ежедневный тираж Ассоциации 5 основных газет Японии - Yomuiru Shinbun, Asahi Shinbu, Mainichi Shinbun, Sankei Shinbun, Nikkei Shinbun - составляет около 28 миллионов экземпляров, несмотря на доминирование дигитализации контента, популярность социальных сетей. И это не считая остальных изданий, которых в Японии числится около 100.

Или взять New York Times, Washington Post, Guardian. Эти газеты имеют мировую аудиторию, миллионы людей читают их ежедневно. И эти издания создают тренды, устанавливают стандарты, и к их мнению прислушиваются самые влиятельные государственные и частные игроки.

Что касается прессы в нашей стране, то ни одна редакция не может похвастать тиражом больше 5 тысяч. И это трагедия. Это последствия коррумпированной системы, что взрастила беспринципные издания, которые за пару тысяч сомов могут обелить/очернить любого. О позиции и независимости редакции, о ценностях той или иной редакции, насколько ее информация востребована массами, пока речи нет.

А роль государства в этом процессе, по-моему, заключается только в развитии культуры чтения среди подрастающего поколения и обеспечении законности в стране. Ведь, как писал своем издании Imagined Communities Бенедикт Андерсон, с появлением печатной прессы люди стали ассоциировать себя частью того или иного общества, нации. Следовательно, вместо того, чтобы пытаться контролировать, свою главную функцию в этом деле власти должны видеть в строительстве общества свободных людей - через помощь первокласснику из Нарына, Таласа, Баткена, Оша, Джалал Абада, Чуя, Бишкека развить желание подписываться и читать газеты и журналы, чтобы впоследствии уметь принимать решения самому.

Даниэль Кадырбеков, политолог, выпускник Университета Кобе (Япония).

Нашего автора можно найти в Твиттере @DanielK1J.

Тексты в рубрике «Особое мнение» не отражают точку зрения радио «Азаттык».

XS
SM
MD
LG