Ссылки для упрощенного доступа

16 Декабрь 2017, Бишкекское время 05:47

На саммите глав правительства стран ЕАЭС в Ереване Казахстан высказал в адрес Кыргызстана обвинения в контрабанде на границе. Причину разногласий в экономическом объединении и интеграционные возможности союза «Азаттыку» прокомментировал политолог из Минска Валерий Карбалевич.

«Азаттык»: Валерий Иванович, на границе двух соседних государств, которые входят в Евразийский экономический союз, возникла сложная ситуация. Кыргызстан и Казахстан то и дело обмениваются взаимными обвинениями. Как вы оцениваете экономический интеграционный потенциал этой организации?

Карбалевич: Я думаю, что тут проблема гораздо шире. Дело в том, что экономическая интеграция является успешной тогда, когда объединяются государства скажем так однотипные - государства с похожими экономическими, социальными, политическими и ценностными системами, как, например, в ЕС. Именно поэтому в Европе была достаточно успешная интеграция, а все попытки интеграции в любых других регионах мира, скажем так, арабский мир, африканский или латиноамериканский, они не такие успешные.

И тут, конечно, мы можем говорить о Евразийском экономическом союзе. Этот союз, само объединение с самого начала несло в себе, так сказать, родовые травмы. Объединяются очень разные государства – Армения, Кыргызстан, Беларусь. Это разные государства и по менталитету, по цивилизационной принадлежности, по уровню культуры, по экономической системе и прочее. И, собственно говоря, торговля между ними, торгово-экономическое сотрудничество между ними очень небольшое.

И единственным фактором, который объединяет этот союз, был фактор лояльности России. Такой фактор означает, что это союз, где доминируют политические или геополитические факторы, хотя союз экономический. И именно поэтому процесс интеграции по политическим причинам прошел, перепрыгивая через целые этапы. Скажем, не закончили до конца Таможенный союз, как перешли к зоне свободной торговли. Не закончили это строить, перешли к экономическому союзу. Мы говорим, что это Евразийский экономический союз, хотя на самом деле никакого экономического союза нет.

Таможенный союз предполагает общую таможенную политику, общие таможенные тарифы и прочее. И вот смотрите, что получилось. Та же самая Россия ввела эмбарго на поставки продукции из Европейского союза, из Украины. А остальные государства ЕАЭС не присоединились к этому эмбарго. И получается, что Таможенного союза в полном смысле не существует.

В результате этого происходят постоянные конфликты на границе между Беларусью и Россией. Россия упрекает Беларусь, что она поставляет контрабандой продукцию из Европейского союза, Беларусь это вяло отрицает. Ну, то есть в самой системе заложены пороки. Я думаю, что что-то похожее происходит там - на границе между Кыргызстаном и Китаем, между Кыргызстаном и Казахстаном.

«Азаттык»: Насколько уместна критика о том, что ЕАЭС вместо создания благоприятных условий для бизнеса, для экономической интеграции, наоборот превратился в политический инструмент сильных стран?

Карбалевич: Безусловно, это политическое решение. Я так вижу из Беларуси, что конфликт между Кыргызстаном и Казахстаном, начавшийся какое-то время назад, он политический. Это экономическое решение Казахстана, как бы некая такая месть Кыргызстану за какие-то предыдущие, как говорится, грехи. Ну нашли повод – контрабанда. Как будто раньше этой контрабанды не было. Понятно, что она и раньше была, но именно сейчас Казахстан решил наказать Бишкек за те грехи, которые он считает были во время недавнего конфликта. Поэтому тут, конечно, политическое решение, а не экономическое.

«Азаттык»: Насколько внутренняя система ЕАЭС транспарентна и прозрачна, и насколько члены союза доверяют ей?

Карбалевич: Родовая травма заложена в ходе самого объединения. Дело в том, что объединяются государства - я сейчас про Кыргызстан не буду говорить - а вот все остальные государства, входящие в ЕАЭС, это страны с авторитарными режимами. А авторитарные режимы по определению не могут быть правовыми: там не действует закон, не действует гарантия права собственности, там нет независимых судов.

Так, если отсутствует правовое государство внутри каждого из этих государств, то понятное дело, что правовые нормы в отношениях между государствами тоже не могут быть осуществлены в полной мере. Потому что не может государство во внешней политике быть лучше, чем оно есть во внутренней политике. В итоге подписываются межгосударственные документы, где регулируются некие правовые взаимоотношения, а в итоге они не выполняются. Причем не выполняются судя по всему всеми сторонами.

Я в качестве примера беру белорусско-российские отношения, где обе стороны нарушают подписанные документы и подписанные правила. То есть скорее идут процессы, где договариваются не столько по законам, по правилам, а по понятиям. И понятное дело, что такая система не может работать по-другому, она не может быть транспарентной: там много подводных камней, много лоббистских интересов и прочее. В этом как бы есть проблемы, которые изначально заложены в эту структуру, в это интеграционное объединение.

  • 16x9 Image

    Гулайым Ашакеева

    Веб-редактор радио "Азаттык". С 2005 года сотрудничает с радио "Азаттык". Закончила Кыргызский национальный университет имени Жусупа Баласагына (Бишкек) и Университет Мира (Коста Рика).

Ваше мнение

Показать комментарии

XS
SM
MD
LG