Ссылки для упрощенного доступа

20 Октябрь 2017, Бишкекское время 05:49
Посвящаю кыргызстанцам, которые помогают нашей природе не умереть, животному и растительному миру - не исчезнуть, паркам и скверам - не разрушаться.

Когда–то в детстве по дороге в детский сад я могла заглянуть в маленькие фрунзенские палисадники с цветами, поймать стрекозу, пригревшуюся на невысоком деревянном заборе.

Сегодня таких заборов в Бишкеке почти не осталось. Сплошь высоченные бетонные ограды с железными дверями, напоминающие бункеры, укрепленные доты. Мой дом — моя крепость. Хотя англичане, скорее всего, вкладывают в это выражение иной смысл. У них время замков и крепостей давно минуло. Богатые же особняки, коих много не только в Бишкеке, но и в Токмаке, Оше, Джалал-Абаде, наглядно демонстрируют расслоение общества. После каждой революции ограды все выше, архитектура все безвкуснее, лиц хозяев в окошке не увидишь, не поздороваешься.

Крепости–особняки расползаются по большим и малым городам Кыргызстана. Давно, например, вросли бетонными сваями в столичный парк им. Ататюрка. Смотрятся уже не стайкой летних домиков, а “линией Мажино”. Ни белка не проскочит, ни мышь не пробежит, что уж говорить о более крупной живности, такой, как лошади. Эти прекрасные животные здесь явно мешали, запах навоза осквернял чистоту воздуха нуворишам – новым жителям парковой зоны. Не дай бог, какая животина забредет на дорожки парка, кои наверняка также считаются собственностью нуворишей-укрепленцев.

Не устояла конноспортивная школа, где, помимо прочих благих дел, занимались еще и иппотерапией больные дети. Видно, семейство бетонных поселенцев выросло, понадобилась дополнительная территория. Власти города только возмущаются, но ничего не делают. Недовольство выражалось еще при втором экс–президенте, затем “погрозили” при нынешней власти. Как известно, часть “линии Мажино” сохранена по сей день. Явно ничего не смогут сделать с наглыми застройщиками-укрепленцами, ибо они и есть власть.

Вообще между ее нестабильностью, крепостью запоров и высотой ограждений средоточия этой власти прослеживается явная связь. Даже в так называемое тоталитарное советское время ограды вокруг здания правительства Киргизской ССР не было. Кстати, а не напоминает ли вам архитектура нынешнего “Белого дома” укрепленную цитадель? Не хватает разве что рвов и оборонительных валов. И ажурная ограда с фонтаном никак не спасает его от сравнения с цитаделью.

Сегодня подавляющая часть бишкекских жителей обитает в многоквартирных домах, напоминающих соты идеальной советской коммуны. К счастью, люди еще знают соседей, кормят на лоджиях многоэтажек белок. А вот “особенных”, тех самых укрепленцев, жаль. Дома — за высокими стенами, прогулки — по периметру. Город и его жителей видят только из окна собственного авто. На работе — лица таких же “особенных”, думающих, говорящих, жующих опять же за самой высокой оградой.

Предполагал ли один из зачинателей Бишкека-Фрунзе-Пишпека купец Терентьев, что в век демократии и свободы его собственный дом превратится в полусгоревший остов, приют для бомжей и наркоманов? Не время поработало на этом месте, а люди. Уже не так призывно приглашают на территорию парка унылые останки псевдоантичных советских пропилей. Груды мусора в арыках забили горловину источников.

Сам парк после исчезновения пионеров превратился в большую помойку — памятник времен свободы и демократии. Думается, территория давно была бы застроена дворцами “особенных” или хижинами переселенцев, если б не тяжело и накладно эту помойку расчищать. Хотя по соседству все же расчистка прошла, и появился стадион, частный, построенный одним предприимчивым гражданином.

Вспоминаются строки Руссо из трактата “О государстве”: “Тот стал первым злодеем, кто, очертив полосу на земле, сказал: “Мое!”. В период яростных захватов земель, который начался после 24 марта 2005 года, я с друзьями встретилась в парке им. Ататюрка с неистовым революционером, ярким представителем «простого народа» (так он себя именовал при встрече). Он запретил нам сидеть на скамейке, резюмировав, что прилегающая территория принадлежит ему. Это демократия? Свобода от законов, совести и благоразумия?

Независимость от природы рукотворной и естественной по принципу: “После нас — хоть потоп”? Наверное, во время наших революций, объявляя “мир хижинам, войну дворцам”, осознанно или нет, но объявили и войну природе. По сей день стоят дворцы в той же парковой зоне, а вокруг Бишкека, на полях, на которых можно выращивать хлеб и возделывать другую культуру, плодятся хижины. Природа терпит. Еще терпит. Доколе?

Входя в дом, свой, чужой, мы разуваемся, не задумываясь о том, что это древняя традиция вступления на святую землю. Что нельзя осквернять ее грязью. Почему же вне дома мы оскверняем главную святыню — природу? Задайте себе этот вопрос. Своему ребенку. И начните движение с себя, с внутренней природы, движение с жизненного пространства каждого из нас.

С подъезда, двора, улицы, района, села, города. Облагородить, почистить и больше не захламлять арыки и речушки, скверы и парки. Начать любить природу. Показать пример бережного отношения к кусту сирени, старому тополю, небольшому палисаднику. Надо только начать. Природа еще может простить. Благо, что есть в нашей стране люди, которым небезразлична окружающая среда, растительный и животный мир. Если бы не они, то жили бы мы сегодня в каменных джунглях.

Елена ВОРОНИНА, гражданский активист.
XS
SM
MD
LG