Клип на песню «Кыз» Зере Асылбек вызвал неоднозначную реакцию в обществе. Многие критиковали ее не за содержание песни, а за внешний вид 19-летней девушки, при это не меньше было активистов, которые поддерживали девушку и призывали прекратить унижение.
Зере в интервью «Азаттыку» рассказала, что сподвигло ее написать песню. «В Кыргызстане и вообще во всем мире почти 90% девушек подвергаются унижению в обществе, на работе или дома. Мне хотелось написать эту песню от своего имени – от имени девушки. Сначала я планировали обратиться к профессионалам, но потом решила использовать свой потенциал и самой написать песню. Вот так она создавалась», - сказала она.
Как сказала Зере, она понимала риск того, что столкнется с недовольством определенной части общества и чувствовала ответственность.
«Я ожидала такую бурную реакцию, через этот образ в клипе я хотела поднять общество и обратить его внимание», - сказала молодая активистка.
Your browser doesn’t support HTML5
Зере: Оказывается, я - бунтарь
Быстро распространившаяся в социальных сетях песня Зере породила разные мнения. Одни поддерживали мнение о том, что девушки сами выбирают то, как одеваться и вести себя, другие критиковали ее за то, что кыргызские девушки не могут себя вести так «безнравственно».
Более того, в социальных сетях Зере начали угрожать расправой, некоторые даже отправляли личное сообщение с угрозами. Отец Асылбек Жооданбеков был вынужден обратиться в милицию с заявлением. В пресс-службе МВД сообщили, что проводится проверка.
Зере имеет канал на YouTube, где у нее есть специальная программа для обучения детей английскому, она пишет пьесы и ставит их в театре. Молодая певица занимается и другими социальными проектами.
Критика вместе с похвалой коснулась и отца Зере, педагога Асылбека Жооданбекова. «Реакция была разной. Сначала мы побаивались, потом общество испугалось. Мы говорили, что это лишь образ и определенная роль, но некоторые люди не хотели это понимать или не понимали, заняли позицию обвиняющих, это меня удивило», - сказал отец Зере. Жооданбеков многие годы работает в сфере образования. По его словам, он понял, что в обществе нет критического мышления, потому что после увиденного и услышанного люди сначала должны обсуждать вопрос и только потом делать выводы.
Зере имеет большие планы. Думаю, она еще прославит нашу страну. Я с удовольствием пообщался с ней.
— Дастан Бекешев (@bekeshev) September 21, 2018
Некоторые в социальных сетях назвали реакцию общества на песню Зере показателем уровня толерантности. Блогер Алия Суранова отметила, что общество не должно ненавидеть Зере, наоборот нужно задуматься о том, как остановить насилие и давление на женщин. Вот что она написала в блоге, который назвала «Зере, мы тебя ждали!»:
- Зере, не обращай внимание на некоторых мужчин, которые через свои нападки показывают недалекость, низкий уровень сознания, а также то, что они не могут управлять своим внутренним миром и жизнью. Они лезут в нижнее белье каждой девушки; навязывают поведение, слова, одежду; проклинают и критикуют тебя, меня и вообще всех женщин. Каждая девушка должна сама отвечать за свою жизнь.
Пока общество обсуждало клип Зере, Комитет Организации объединенных наций по ликвидации дискриминации в отношении женщин раскритиковал власти Кыргызстана, которые в нарушение прав человека «допускают случаи ала качуу и создание семьи под давлением». Они выразили беспокойство по поводу недостаточности правового образования и того, что даже в случае обращения пострадавшей девушки за помощью, те, кто ее похитил не получают заслуженного наказания.
Один из авторов доклада Лия Надарая в интервью «Азаттыку» отметила, что похищение девушек и женщин для брака по принуждению не должно быть принятой культурной традицией, оно должно наказываться как преступление, которое включает сексуальное насилие в отношении жертвы.
- Проблема очень глубокая и важная. Нельзя закрывать на нее глаза и связывать с традицией. Это опасно для развития общества. За этой проблемой стоит насилие, судьба молодого поколения и говорит о том, важные структуры страны парализованы, - говорит представитель международной организации и предупреждает, что власти, общественные и религиозные организации в равной степени должны придавать важное значение этой проблеме.
Это исследование Лия Надарая на протяжении последних двух лет проводила совместно с другим представителем комитета ООН-женщины - Теодором Оби Нванкво. В своем докладе они опирались на сообщения о положении женщин, поступившие от 14 общественных организаций Кыргызстана. Вместе с тем, власти лишь частично признают критику Комитета ООН по ликвидации дискриминации в отношении женщин.
Но власти Кыргызстана признали обвинения, выдвинутые профильным комитетом ООН, лишь частично.
Алтынай Омурбекова
Как сказала вице-премьер-министр Алтынай Омурбекова, она не может согласиться с тем, что «борьба с этим явлением не проводится вообще, но, по ее словам, чтобы справиться с данной проблемой необходимо время». «Искоренить практику похищения девушек, оказывается, действительно сложно. Но мы на правительственном уровне боремся с этим. Для каждого руководителя области, района и министерства мы выставили индикаторы по данной проблеме. Это показатели по таким направлениям, как «сколько девушек было похищено в регионе», «сколько женщин и девушек подверглись насилию», «сколько несовершеннолетних стали жертвами насилия» и так далее», - сказала член правительства, признав при этом, что решить эту проблему довольно тяжело.
По данным МВД КР, в правоохранительные органы за последние пять поступило 895 заявлений, связанных с похищением невест, но в 727 случаях из них уголовные дела возбуждены не были. Расследованными в рамках уголовных дел оказались лишь 168 случаев.
В 2017 году в суд было направлено 28 дел, уголовные дела в отношении 11 обвиняемых были прекращены. 16 человек были осуждены условно, только один обвиняемый был осужден на пять лет.
По подсчетам ООН, в Кыргызстане каждая четвертая женщина подвергается домашнему насилию, каждая пятая стала жертвой похищения.
HRW: Борьба с экстремизмом вызывает обеспокоенность
Международная правозащитная организация Human Rights Watch 18 сентября опубликовала свой доклад под названием «Мы живем в постоянном страхе. Хранение экстремистских материалов в Кыргызстане». В документе отмечено, что за последние годы в КР по подозрению в хранении экстремистских материалов были осуждены сотни человек, получившие от трех до десяти лет лишения свободы.
По подсчетам экспертов организации, с 2010 года по статье 299-2 Уголовного кодекса КР, осуждено по меньшей мере 258 человек. При этом отмечается, что еще несколько сотен человек на момент публикации доклада ожидали суда. И число таких дел с каждым годом растет: только за первые девять месяцев 2016 года таковых было возбуждено 167.
Рейчел Денбер
Исполнительный директор HRW по Европе и Центральной Азии Рейчел Денбер в интервью «Азаттыку» рассказала об основных аспектах доклада, заслуживающих внимания. По ее словам, даже если эти материалы не использовались ими для призывов к насилию или же разжигания межнациональной розни, и вообще, сами подозреваемые не совершали какого-либо другого преступления, их приговаривали к серьезному наказанию.
В 2013 году парламентом Кыргызстана была принят закон, по которому из статьи 299-2 была исключена формулировка, что если материалы хранились «с целью распространения», то это грозит лишением свободы.
«В итоге уголовному преследованию стал подвергаться любой, кто хранил материалы экстремистского характера, даже если они нигде не распространялись. И если в 2010 году по этой статье были осуждены 258 человек, то за последние три года, как мы видим, число признанных виновными по этой статье растет», - говорит представитель HRW
Денбер говорит, что согласно сведениям, предоставленным им правоохранительными органами, половина из уголовных дел по обвинению в хранении экстремистских материалов с 2010 по 2016 годы возбуждена в южных областях страны.
- Во время нашего опроса, многие респонденты отмечали, что они попали в поле зрения силовых структур из-за своей национальности. Но мы не можем подтвердить, что на них обратили внимание только из-за того, что они являются представителями узбекской национальности, или потому что они, действительно, радикализируются.
Правительство Кыргызстана в рамках борьбы с терроризмом и экстремизмом должно проводить тесную работу с этими уязвимыми сообществами и обращать на них внимание. Надо искоренить восприятие о том, что силовые структуры нацелились на представителей узбекского этноса и преследуют их. Надо укреплять взаимное доверие с узбекским населением и не допускать того, чтобы они были выдавлены из общества, - говорит она.
Начальник отдела теологии и методического обеспечения службы противодействия экстремизму и незаконной миграции (бывшее 10-е управление) МВД КР Эрлан Бакиев расценил сведения, изложенные в докладе HRW как «необоснованные»:
- Наши сотрудники не задерживают граждан просто так. Их арестовывают, когда имеются веские факты и основания. В Кыргызстане насчитывается более 400 человек, которые были помещены под стражу по подозрению в экстремизме и терроризме. Но это не значит, что все осуждены за хранение запрещенных материалов. Среди них есть те, кто бывал в зоне боевых действий в Ираке или Сирии.
Также он опроверг приводимые в докладе слова респондентов о том, что «сотрудники милиции и госбезопасности подбрасывали им те или иные материалы во время обыска», и сказал, что «это не так».
Эрлан Бакиев также добавил, что они «против позиции» международной организации относительно того, как они трактуют понятие экстремизма. «Конечно, мы подписали международные соглашения, но ведь есть и наше национальное законодательство. Если по законам Кыргызстана некое противоправное действие считается преступлением, то это преступление», - отметил представитель МВД.
В новой редакции Уголовного кодекса КР, которая вступает в силу с 1 января 2019 года, восстановлена формулировка о том, что «хранение с целью распространения» является основанием для уголовного преследования.