Близкие обвиненных требуют, чтобы им дали возможность полностью ознакомиться с решениями судов.
Родственники осужденных по подозрению в пособничестве терроризму обратились в «Азаттык», заявив, что не могут ознакомиться с решениями судов и не знают, в чем обвиняют их близких, за совершение какого преступления их приговорили к тюремным срокам. Они заявили, что все дела рассматривались в судах в закрытом режиме, и так как было поставлено условие о неразглашении информации, то когда и при каких условиях проходил процесс они тоже не знают.
Мама одного из осужденных Бактыбека Жуматаева, 80-летняя Турганбубу Абдраманова, обратилась к руководителям страны во главе с президентом Сооронбаем Жээнбековым с просьбой принять и выслушать их:
- Им предъявили то, чего они не совершали. Бактыбек – мой единственный ребенок. На судебных заседаниях нам не разрешают присутствовать, даже близко не подпускают, говоря, что «нельзя». Они, оказывается, пытали их током, следы остались в виде гематом. И что страно - их адвокат об этом не заявляет. Говорит, что есть небольшие синяки. Но почему они появились? Мы уже не знаем, куда обращаться. Все говорят «суд решит». Но хотя бы одно заседание провели ли бы открыто… Я как приехала в Бишкек зимой, до сих пор здесь, не могу уехать. У нас есть еще одна просьба – мы хотели бы встретиться с президентом и рассказать ему обо всем.
Турганбубу Абдраманова.
Между тем стало известно, что Верховный суд КР рассмотрел дело восьми человек, которые были задержаны по подозрению в пособничестве терроризму. В итоге вышестоящая судебная инстанция оставила в силе предыдущие вердикты районного и городского судов. Пресс-служба Верховного суда подтвердила, что дело уже рассмотрено, но подробности предоставлять не стала.
Напомним, 16 июля 2015 года в ходе антитеррористической операции, которая была проведена на окраине Бишкека, были убиты шесть человек. Впоследствии по подозрению в связях с этими людьми, которые оказали сопротивление, были задержаны восемь граждан и семеро из них осуждены на различные сроки, а именно:
Абдиманас Курбанбаев - 28 лет заключения;
Алтынбек Жумагазиев - 27 лет заключения;
Эркинбек Кадыров - 27 лет заключения;
Бакытбек Батырканов - 20 лет заключения;
Советбек Ибраев - 25 лет заключения;
Бактыбек Жуматаев - 18 лет заключения;
Санжар Эркин уулу - 17 лет заключения.
Максат Кунакунов - 10 лет заключения.
И лишь Уланбек Ниязбеков был освобожден от уголовной ответственности в связи с применением амнистии.
Бывший депутат парламента Максат Кунакунов был задержан в аэропорту по подозрению в том, что финансировал эту группу. ГКНБ охарактеризовал это дело как попытку создания джихадистской террористической группы и создания угрозы конституционному устройству страны.
Следствие считает, что данная группа закупала оружие и боеприпасы для подготовки теракта в Бишкеке. Под предлогом того, что в деле содержатся представляющие государственную тайну сведения, процессы в первой судебной инстанции также проходили в закрытом режиме.
Супруга осужденного Советбека Ибраева Кундуз Куренкеева говорит, что вынуждена сейчас скитаться с четырьмя детьми по съемным квартирам:
Кундуз Куренкеева.
- Несмотря на то, что мой муж говорил им, что невиновен и что ни к чему не причастен, они не стали его слушать и, обвинив, что он – террорист, осудили на 25 лет. Мы ведь никогда с таким не сталкивались, не знали куда и к кому обращаться. Моя свекровь, мама мужа, уже умерла. У меня родителей нет. С четырьмя детьми мне приходиться жить в съемном жилье. От государства никакой помощи не получаю.
Сын Розы Асиппаевой Бакытбек Батырканов, с которым она не виделась уже три года, сейчас содержится в СИЗО №1 города Бишкека:
- Мы тоже ведь должны знать, что они такое совершили, и пусть люди знают. Их ни за что арестовали. Я до сих пор не знаю, в чем обвиняется мой сын. Он работал в Бишкеке. Через месяц после того, как его задержали, я узнала об аресте. Почему они не сказали нам, в чем они обвиняются, не дают присутствовать на судебных заседаниях. Если хотя бы знали, что это за обвинения, одно дело. Но они нас вообще не подпускают.
Роза Асиппаева.
Обратившиеся в «Азаттык» требуют, чтобы дело этих восьми обвиненных в пособничестве терроризму было пересмотрено.
Правозащитный центр «Кылым шамы» периодически заявляет о том, что судебные процессы в отношении подозреваемых в терроризме часто проходят с нарушениями. Руководитель этого НПО Азиза Абдирасулова сообщила «Азаттыку», что раз Верховный суд КР вынес решение, то теперь остается обращение в Комитет ООН по правам человека.
- После вердикта Верховного суда КР отправить это дело на доследование уже нельзя. Но мы будем обращаться в Комитет ООН по правам человека. С первого дня задержания подозреваемых допрашивали с нарушениями норм законодательства. Каждый из них был арестован в разные дни, друг с другом они не знакомы. Задержав их в разных местах, с помощью пыток и давления заставили их взвалить вину друг на друга.
Максат Кунакунов, которого обвиняют в том, что он финансировал их, ни одного из задержанных не знает. Это очень грубо сфабрикованное дело. Сказали, что дело будет проходить в закрытом режиме, но ни один из адвокатов не знает, сколько в деле томов. Ни один из них полностью не ознакомился с делом. И самое интересное, такого нигде в мировой практике нет, они не только адвокатов заставили подписать расписку о неразглашении подробностей дела, но и самих осужденных. Все они подверглись самым тяжелым пыткам. Последнее, что мы можем сделать – обратиться в Комитет ООН по правам человека.
Азиза Абдирасулова.
Ранее стало известно, что у четверых из восьми обвиняемых не было адвокатов. Им были предоставлены защитники за счет государства. В связи с тем, что один из адвокатов Динара Медетова отказалась подписывать расписку о неразглашении, суд вынес определение об отстранении ее от судебного процесса.
Судья Бишкекского городского суда Адис Момуналиев, который был председателем судебной коллеги, выносившей тогда это решение, пояснил, почему дело рассматривалось в таком режиме:
- В материалах этого уголовного дела имеются секретные сведения. Так как мы не эксперты, то не знаем, какая часть этой информации секретная, а какая нет. Поэтому все дело носит закрытый характер. Мы не отстраняли адвоката от участия в судебном процессе. Мы лишь просили подписать расписку о неразглашении обстоятельств дела. Другие адвокаты, принимавшие участие в этом деле, дали такую расписку.
Бывший заместитель председателя ГКНБ Токон Мамытов считает, что в столь серьезном деле не могут принимать решения лишь спецслужбы или прокуратура, или же судебные органы:
Токон Мамытов.
- Обычно обвиняемые по столь серьезным делам постоянно делают такие заявления, это уже стало дело привычным. Заявляют, мол, «мы спокойные, никого не трогали, ни в кого не стреляли, не воровали». Но они ведь были членами международных террористических, экстремистских организаций. Многие заявляют, что «меня пытали, поэтому я признал вину». И это, конечно, надо учитывать. Если их права нарушаются, то адвокат должен заявить об этом и сообщить органам прокуратуры.
До этого правозащитники говорили, что обвиняемые по данному делу подвергались различным пыткам, в связи с чем были обращения в различные органы. Но Генпрокуратура тогда отказались возбудить уголовное дело в связи с этими заявлениями.
NO
Перевод с кыргызского. Оригинал статьи здесь.