Ссылки для упрощенного доступа

13 июня 2021, Бишкекское время 02:50

«Взлетел на просторы Вселенной в одиночестве…». Айтматов между двумя языками


Чингиз Айтматов.

Каждый язык – творение человеческого гения, каждый язык – ценность общечеловеческого порядка. Мы не вправе пренебрегать никаким языком. Какому бы народу он ни принадлежал, на какой ступени развития он не находился бы.

Чингиз Айтматов (17 сентября 1967 года)

Вот уже более 50 лет мы все - от мала до велика, все, кто имеет какое-нибудь профессиональное отношение к творчеству народного писателя Кыргызстана Чингиза Айтматова и к кыргызской литературе, на разные голоса поем осанну «великому, могучему русскому языку», на крыльях которого наш родной кыргызский писатель вознесся на просторы Вселенной. При этом самый мощный и убедительный голос в этом хоре принадлежит самому Айтматову, который, начиная с первых шагов и на протяжении всего творческого пути, при каждом удобном случае говорил о роли русских культуры, литературы, языка во времена Советского Союза и около 10 лет по-русски беседовал с немецкими читателями, продвигая переводы своих произведений на немецкий язык, в книжных магазинах, библиотеках и кирхах Германии.

«Вот, только не надо перебивать», упрекать меня в русофобстве, национализме и прочих смертных грехах. Я сама говорю вот уже более 65 лет по-русски несравненно лучше, чем на всех остальных языках, которыми в той или иной степени владею, окончила русскую школу в Таласе, специалист в области русской филологии. Кстати, глубокоуважаемый профессор Осмонакун Ибраимов, будучи вторым оппонентом на защите моей кандидатской диссертации, довольно громко и настойчиво критиковал меня за преувеличение роли русской литературы в становлении и развитии письменной формы кыргызского искусства слова.

Тема билингвизма Айтматова красной нитью проходит через обширную литературу о жизни и творчестве писателя. Многочисленные исследователи, что называется «по косточкам» разобрали вопросы, касающиеся русского языка, но вторая составляющая этого самого билингвизма – кыргызский язык - остается terra incognita. Самое значительное из того, что я откопала из разных источников – это небольшая статья «Человек между двумя языками», опубликованная в газете «Советская Киргизия» в 1967 году. ( Айтматов Ч., «В соавторстве с землею и водою...». Очерки, статьи, беседы, интервью. Изд. 2-е. – Ф.:Кыргызстан, 1979. С. 107-111). Прошу прощения за цитатный перебор, но, по моему глубочайшему убеждению, лучше самого Айтматова по этим вопросам никто не выскажется. Начну с того, что меня удивило.

Во-первых, говоря о родном языке, писатель не называет этот родной язык кыргызским. Поневоле закрадывается сомнение. А, может быть, кыргызский - не родной.? Тогда какой же родной? Во-вторых, не знаю про других, кто, возможно, будет читать это эссе, но меня настораживает подтекст фрагмента: «Довольно трудно объяснить человеку другой национальности красоту и ладность своего родного языка. Подчас эти явления – глубокая, неизбывная любовь к родному языку, наслаждение поэзией родного языка – просто необходимы, они находятся в области интуитивных восприятий». По моему мнению, Айтматов как бы оправдывается за то, что любит родной язык.

Одной из составляющих величия Чингиза Айтматова является его гениальная способность через частное, личное, этническое выразить глобальное, общечеловеческое, интернациональное. Возьмем для примера упомянутую выше газетную публикацию. Уже само название этой небольшой статьи - «Человек между двумя языками» - раскрывает суть трагической коллизии, которую переживают представители так называемых «малых литератур». «Все авторы, пишущие на малых языках, в той или иной форме неизбежно сталкиваются с проблемой перевода. Как «мужчины перевода» они в ловушке драматического структурного противоречия, который вынуждает их выбирать между переводом на литературный язык, что отсечет их от соотечественников, но обеспечит литературное существование, или отступить на территорию малого языка, что обречет их на невидимое, или абсолютно этническое литературное существование»,- характеризует такой конфликт широко известный в области сопоставительного литературоведения французский литературный критик Паскаль Касанова. ( перевод мой – А.К.; Casanova Pascale, The World Republic of Letters translated by M.B. DeBevoise (Cambridge, London: Harvard University Press, 2004 ) P.175).

Опираясь на тот факт, что Айтматов опубликовал в 1966 году свою первую повесть «Прощай, Гульсары!» на русском языке представляется возможным считать нижеследующее искреннее признание писателя чем-то вроде «прощай и прости»: «Подлинно художественное произведение, которое бы нашло отзвук в сердцах соотечественников и которое доставило бы им эстетическое наслаждение, может появиться, разумеется, прежде всего, на родном языке нации. Об этом свидетельствует опыт многих художников слова, опыт многих литератур. В выборе языка следует, видимо, руководствоваться не только возможностями свободы творчества, но и соображениями гражданского долга перед народом, тебя породившим, давшим тебе самое большое свое богатство – свой язык».

В заключении Айтматов дает знать, что же он решил для себя: «Родной язык – это мать перед которой существуют определенные обязанности. Вместе с тем невозможно развивать духовную культуру наций без активного использования достижений более высокоразвитых культур. В этом суть вопросов, в этом путь решения проблемы».

А в 1976 году, будучи уже 10 лет русскоязычным писателем, классиком советской литературы, выступая на Ташкентской конференции молодых писателей стран Азии и Африки Айтматов сказал: «Мы в своей стране опираемся на принципы социалиститеского интернационализма и считаем свой опыт культурного строительства прогрессивным, отвечающим интересам и чаяниям всех советских народов. Именно это помогает нам развивать национальные литературы на всех языках, в том числе и творчество двуязычных писателей» (Айтматов Ч. в соавторстве... С.185, Советский рецепт решения «Трагедии переводимого писателя»).

Итак, переход на язык доминирующей литературы, к сожалению, необходимое условие для успешной карьеры писателя, принадлежащего к доминируемой литературе. Хотя обстоятельства и последствия такого перехода в каждом случае уникальны и неповторимы. Например, жизнь и творчество известного сомалийского писателя Нуруддина Фараха, создавшего первый сомалийский роман в 1970 году и произведения которого переведены на 17 языков мира, неоднократно были отмечены международными премиями и наградами. Опубликовав сборник рассказов в конце 60-х годов ХХ века на сомалийском языке, Фарах переходит на английский, на котором создает свои произведения до настоящего времени. При этом одной из причин смены языков было стремление писателя показать всему миру невыносимые страдания родного народа под гнетом политического режима.

После того как Фараха объявили предателем, а президент приказал устранить его физически, писатель вынужден был покинуть Сомали, много лет прожил в эмиграции, но родина неизменно была основной темой его произведений. После свержения политического режима он вернулся в Сомали.

Писатель добился мирового признания, создавая произведения на английском языке, но мысли о родном языке, литературе, культуре не оставляли его. Об этом он сказал в одном из своих интервью: «Писательство – минное поле предательства. Я предал свою мать, став не поэтом-импровизатором, а автором, пишущим по-английски. Я пишу на языке, так сказать, непонятном ей. И не только это - я пишу политические тексты, поэтому я не мог жить в Сомали, рядом с ней. Я думал: я смогу написать книги, которые будут считаться памятником моей матери ...

Я сожалею, что я пишу на английском, я сожалею, что я не жил в Сомали, я сожалею, что ты, моя мать, умерла раньше, чем я смог тебя увидеть. Я только надеюсь, что мое творчество достаточно хорошо, чтобы быть панегириком для моей матери». ( интервью с писателем, июль 1998; см.перевод мой – А.К.; Casanova Pascale, The WorldP.254).

Стало ли для Айтматова трагедией то, что он перестал писать на кыргызском, перейдя на русский язык? На этот вопрос трудно ответить, потому что сам писатель об этом не говорил и о переживаемых чувствах особо не распостранялся. Однако, для кыргызской литературы уход писателя, представлявшего наивысшее достижение национальной словесности, из национального литературного пространства является, если не трагедией, то драмой высокого накала.

Мен кыргыз жазуучусунун жазганын гана кыргыз окурмандарына төкпөй-чачпай жеткирүүнүн аракетинде болдум.

Цветистая метафора «с аильного пятачка на просторы Вселенной» стала своего рода клише в работах айтматоведов. Да, все верно – без произведений Айтматова киргизская литература была не только малой литературой на локальном языке, она была бы микроскопической точкой на карте мировой литературы. И все же Чингиз Айтматов взлетел на просторы Вселенной в одиночестве. Как его всемирно известный иноходец Гульсары, вырвавшись вперед и поднявшись на «космические высоты» он оставил глотать пыль и кыргызскоязычных читателей, и прочий литературный народ.

Без читателя нет писателя, и каждый писатель создает свои произведения прежде всего для тех, с кем говорит на одном языке, живет одной жизнью, имеет общее прошлое и надеется иметь общее будущее. Читатели, говорящие на кыргызском языке, прочитали повесть Чингиза Айтматова «Прощай, Гульсары!» через 12 лет после того, как она была написана на русском и, возможно, намного позже, чем говорящие на прочих великих, средних и малых языках. И в этом нет вины Ашыма Жакыпбекова. «Жыйырма жылга чамалаш өмүрүмдү «сайып» коюп, өз чыгармачылыгымды таштап коюп, Ч.Айтматовдун чыгармаларын кыргыз окурмандарына жеткирүүнүн аракетинде болгонум үчүн мен өзүмдү күнөөлөй албаймын», - так сказал об этом сам переводчик в беседе с доктором филологических наук, академиком Чолпон Токчороевной Джолдошевой.

Когда читатели воспринимают великие произведения, созданные на других чем их родной языках, они знают имя переводчика, которое они находят на титульном листе. Когда читатели получили первое собрание сочинений в 3-х томах Айтматова на кыргызском языке, в которое вошли произведения изначально, написанные на русском языке, имени переводчика на титульном листе не было. Его не было и на последнем листе. Переводчик народного писателя Киргизии, кыргызского писателя Чингиза Айтматова с русского языка на кыргызский Ашым Джакыпбеков рассказывает об этом мистическом событии: «Кийин эле мен аталбас болуп калдым. Оболу ал кишиден ыйбаа кылып, унчукпай жүрдүм. Бирок Чыкең аны билмек турсун, ойлонбоптур. Көрсө, быякта алдыртан жыбылжып, жууркан астындагы сасык жыттай саясат жүргүзгөндөр бар экен. Баары эле Ч.Айтматовду аарылардай айлана-тегерек учуп жабалактап, кошоматты кош айтып жүрүшкөндөр. Бул «арамдык» айрыкча Ч.Айтматовдун үч томдугу кыргызча жарык көргөндө ачык билинди.

Кеңешбек Асаналиев деген атактуу окумуштуубуз, адабиятчысынчыбыз бар эмеспи. Өзү жакшы киши го. Үч томдуктун редколлегиясы түзүлгөн, анда төрт-беш киши барбыз. Баш редактору К.Асаналиев болгон. Үч томдуктун ар бир китебинин титул бетине түкүнчө чыгармаларды кыргызчага которгон деп, менин аты-жөнүм жазылган. Чыңгыз Айтматовдун ансыз да бийик наамын «коргогон» К.Асаналиев басмага барып, менин дайнымды таптакыр жоготуптур.

Мен кечигип билип калдым, китеп басууга түшүп кетиптир. Куру кошомат менен башка бирөөнүн адабий тагдырына доо кетирүү деген ошондой болгон. Болбосо Ч.Айтматовдун мен которгон чыгармаларынын дээрлик бардыгы оболу «Ала-Тоо» журналына басылып турду. Анда автор өзү айткандай болуп, этегинде «автор менен макулдашылган» котормо деген жазуу бар. Китеп чыкканда эле «күзөтчү» жаздырбай коёт. Котормо да иш, анын да мээнет акысы болот. Ал тууралуу кээ бирөөлөр ушактагандай мен Чыкеге эч сөз тийгизе албаймын. Анткени алиги үч томдук чыгып жатканда дагы да болсо, Чыкең өзү чакырып алып, кайсы чыгармалары менин котормомдо чыкканын тизмелеп жазып, кол коюп берген кагазы азыр да басманын планбух. архивинде жатат. Ал болбосо мага кантип төлөмөк.

А в заключение, несколько крайне важных моментов:

Переводы русскоязычных произведений на кыргызский язык, выполненные Ашымом Жакыпбековым, опубликованы в 3-х изданиях (2008, 2009, 2014) восьмитомного собрания сочинений (составитель Абдылдажан Акматалиев) без указания авторских данных переводчика. Тысячи читателей считают эти переводы кыргызскоязычными вариантами, созданными Чингизом Айтматовым.

Возможно, читатели моего эссе сочтут чрезмерным цитирование интервью академика Чолпон Джолдошевой и писателя, переводчика и сценариста Ашыма Жакыпбекова.

Азаткуль Кудайбергенова

Публикации в рубрике «Особое мнение» могут не отражать точку зрения радио «Азаттык».

Смотреть комментарии (1)

Не допускаются комментарии, содержащие элементы агитации или антиагитации, унижающие честь и достоинство личности, элементы разжигания розни, угрозы и нецензурную брань публиковаться не будут. Просьба следовать правилам форума.
"Форум закрыт, дискуссию можно продолжить на официальной странице "Азаттыка" в Facebook (Azattyk Media).
XS
SM
MD
LG